Творчество поклонников

Человек в черном

Добавлен
2005-07-25
Обращений
7376

© Синет Никноев "Человек в черном"

    Серая Куртка пригнулась к появившейся щели.
    - Слышь, друг, до Шацка не подбросишь?
    Глаза его тем временем быстро обшарили мое лицо и салон машины. Мне это очень не понравилось, в голове сразу всплыли давно забытые истории о бандитах на дорогах, не с топорами и вилами, а в лучшем случае с острым ножом-выкидушкой. Этот мужик выглядел именно таким бандюгой – скромный и не приметный, крепко сжимающий в кармане куртки самодельную финку – подарочек с зоны. Я колебался несколько секунд, несколько секунд под цепким взглядом Серой Куртки.
    А какого черта?! Мне, быть может, предстоит погибнуть от чего-нибудь похуже, чем нож. Хотя осторожность никогда еще не бывала лишней. Я опустил левую руку под сидение и сжал обрез, его прохлада успокаивала.
    Я впустил его. Серая Куртка облегченно вздохнула и, прихватив внутрь холодный воздух с запахом дешевого табака, влез на пассажирское сиденье. Дверца с тихим хлопком закрылась за ним.
    «Говоришь в Шацк?»- полуутвердительно спросил я, только для того, чтобы поддержать беседу – до его пункта назначения было примерно пару часов. Мужчина облокотился левой рукой на спинку, правую все еще не вынимал из кармана. У меня засосало под ложечкой.
    Неужели нарвался?
    Как бы в подтверждение моих мыслей он обронил: «А клевая у тебя тачка». Я неопределенно угукнул в ответ. На том и закончилась наша непродолжительная беседа. На целых полтора часа.
    Хотя нет. Он все время что-то спрашивал, но я его не слушал, полностью уйдя в себя и обдумывая свои дальнейшие планы. За окном мелькали деревья и поля, солнце все ниже клонилось к горизонту, отбрасывая сквозь посадки длинные тени.
    Что-то знакомое было произнесено справа.
    - Что? Что, ты, только что сказал?
    Серая Куртка изобразил подобие улыбки, совсем не приветливой, а наоборот – высокомерной или презрительной. Улыбка быстро исчезла с его лица.
    - Говорят около Шацка, по-моему, в Ямбирно убили двух подростков – хладнокровно разорвали им шеи и оставили истекать кровью.
    Похоже, ему нравилось про это рассказывать.
    - Правда, крови вокруг не было.
    Это он произнес в пол голоса, как бы размышляя сам собой. Эпизод – единственный в истории, который Серую Куртку совсем не привлекал. Я это понял по озадаченности, скользнувшей в его взгляде, по морщинам, появившимся на лбу.
    - А тебе не кажется это момент странным?
    Серая Куртка немного подумал.
    - Нет.
    Мне стало все понятно. Я знаю такой тип людей, хоть и прожил на свете всего лишь двадцать два года. Такие, как Серая Куртка видят только то, что им показывают, не умеют читать между строк.
    А вот мне отсутствие крови показалось слишком странным и настораживающим.
    - И когда произошли убийства.
    - Два… Нет три дня назад.
    По-моему, это был уже перебор. Не помнить когда случились столь ошеломляющие убийства! Слишком этот МУЖЧИНА переигрывал свою роль – самого простого, самого обычного мужика из захолустного городишки.
    Это просто паранойя. Нельзя подозревать всех и каждого.
    Но ведь Он может быть кем угодно: ребенком, подходящим с невинным видом к тебе на улице, женщиной, случайно столкнувшейся с тобой, наконец, обычным парнем, которого я решил подвезти.
    Я осторожно скосился на попутчика: тот, как ни в чем ни бывало, пялился на дорогу, изредка бросая какие то фразы. На среднем пальце его левой руки, той, что лежала на спинке, красовался, вытатуированный синим, перстень. Такие, по-моему, накалывают в тюрьме… За убийство. Серая куртка заметила, куда направлен мой взгляд и, быстро спрятав руку в карман, криво улыбнулся. На этот раз я увидел его зубы – прогнившие до корней. В животе все похолодело. Мгновенно возвратилось чувство тошнотворного головокружения. Я крепче сжал обрез и нажал на акселератор – «ПЕЖО» взвыл и покорно ускорился.
    Серая Куртка внезапно дернулась и, тыча пальцем куда-то в сторону обочины, почти что закричал, чем заставил меня заметно вздрогнуть.
    - Погоди! Погоди, мне до того поворота!
    Впереди от трассы ответвлялась бурая колея, уводящая направо через поле. Мне как-то не хотелось туда заворачивать, тем более что, пусть и потерявшие листву, деревья быстро скрывали этот участок дороги, когда он брал чуть влево.
    Серая Куртка настойчиво замахал руками, призывая меня сбросить скорость. Но я не собирался выполнять его указания.
    - Я тебя высажу около поворота.
    Эту фразу я проговорил, не поворачиваясь к мужику, чтобы не встретиться с ним взглядом и не показать своего страха.
    - Быстро сворачивай.
    Рядом с ухом раздался металлический щелчок, щеки коснулось что-то холодное, подозрительно напоминающее сталь. «Нож!»– пронеслось у меня в голове, и я сразу же вспомнил один рассказ Стивена Кинга, «Клацающие зубы», кажется. К одинокому комивояджеру в попутчики напрашивается странный парень, который через несколько минут, когда они уже едут сквозь страшную песчаную бурю, приставляет к горлу водителя такой же выкидной нож. Комивояджер не растерялся и нажал на педаль газа, решив, если и умереть, то вместе с бандитом. Только вот случившееся со мной не было выдумкой, и мужик сидевший рядом и держащий у моей щеки нож, уже раз сидел за убийство, и, похоже, не собирался в случае чего изменять своим инстинктам. Я зажмурился от собственного бессилия.
    - Эй! Следи за дорогой!
    Лезвие ножа слегка дрогнуло в его руке, но и этого оказалось достаточно, чтобы на щеке и краешке уха появился аккуратный, почти что хирургический надрез. Кровь мгновенно выступила из раны и залила ворот моей куртки.
    В мыслях я уже вытаскивал из-под сиденья обрез и приставлял его к голове Серой Куртки: он испуганно взмахивает ножом, рассекая мне бровь, но все равно не уворачивается от черного глаза дула. Кабину разрывает звук выстрела, кровь и мозги заливают велюровую обивку…
    Только на самом деле я не мог даже повернуть головы – все члены сковал какой-то тупой, заячий страх.
    - Поворачивай!
    Я, словно во сне, крутанул руль вправо и съехал с дороги: «ПЕЖО» затрясло в выбоинах старой колеи. Она уводила влево, за густо сплетенные между собой деревья посадки. Этого я и боялся. Как только из машины не стала видна основная трасса, а, следовательно, и нас не стало видно с нее, Серая Куртка наклонился к самому моему уху, переместив нож в область шеи, и по-отечески сказал:
    - Останавливайся и вылезай.
    Я послушно нажал на тормоз, но просто так вылезать не собирался. Рука, все это время сжимающая мертвой хваткой оружие под сиденьем, стала медленно вылезать наружу. Естественно, я не хотел убивать его… здесь, в салоне, трезво оценив, не смотря на заячий страх, что шансы мои невелики. Правой рукой я открыл дверцу, что со стороны должно было выглядеть чертовски странно, но мой попутчик явно не обратил на это никакого внимания, пребывая в эйфории от удачно провернутого дельца. Кровь, все еще сочащаяся из пореза на щеке, капнула на рукав, что вызвало странный огонек в глазах бандита. Что ж, все мы немного вампиры. Достаточно вспомнить детство, когда любой порез мы стараемся зализать, словно собаки, в тайне наслаждаясь солоноватым привкусом крови.
    Вид собственной крови в этот момент вызвал во мне непреодолимое желание слизнуть ее с рукава. Я с трудом, к своему ужасу, сдержал себе. Быть может, потом я жадно припаду к пропитанной живительной влагой ткани, ну а пока не время.
    Я осторожно, чтобы не показать ружье, вылез из машины, нежно прижимая обрез к левому бедру. Серая Куртка снова ощерился в гнилозубой ухмылке.
    Смейся. Скоро ты будешь жрать своим мерзким ртом замерзшую землю, и просить меня о пощаде. Но не жди ее от меня.
    И я улыбнулся ему в ответ, как раз в тот момент, когда Серая Куртка захлопывал за мной дверцу и все еще смотрел на меня. На лице его появилось недоумение, в котором уже зародились крупицы страха. Его взгляд опустился ниже, оторвавшись от моего лица, еще ниже, чтобы увидеть выглядывающий из-за ноги обрез.
    Господи, как сладко видеть ужас в его расширившихся глазах.
    Он нажал сцепление и быстро воткнул вторую передачу, но, наверное, и сам понял, что уже слишком поздно, поэтому и повернулся, чтобы посмотреть в лицо, а точнее дуло, своей смерти. Я приставил обрез к стеклу и, отвернувшись и зажмурив глаза, нажал на курок. Выстрел громким эхом отразился от машины и покатился по полю, осколки осыпали меня, словно дождем. Крик боли обласкал мой слух.
    Мужик лежал на сиденье, сумев пригнуться в самый последний момент. Правда, не достаточно низко. Дробинки вперемешку с осиновыми щепками (это посоветовал мне старик) задели лишь его темя, сорвав хороший кусок скальпа. Кровь залила ему шею, пропитала обивку. Маленькие дырочки дымились в противоположной двери, и как я жалел, что они не дымились в его голове. Хотя, есть еще один патрон, остальные в рюкзаке, но и этого должно хватить. Я распахнул дверцу и вытащил вскрикнувшего от боли бандита. Рана было не опасной, даже легкой, но выл он от того, что был контужен. Я повалил Серую Куртку на землю и осторожно, словно пробуя тонкий лед, наступил ему на голову – из рваной раны в волосах еще сильнее забила кровь. Я приложил большее усилие, чувствуя и слыша, как хрустит мерзлая земля под его лицом, как он пытается вздохнуть, но ничего, кроме пыли, в легкие не попадет. Мой взгляд поднялся к небу, оставляя разуму наслаждаться только сенсорными ощущениями. Солнце уже практически скрылось за горизонтом, окрасив тонкую полоску меж черными тучами и землей в ярко-красное. Поле приобрело такой же цвет, что кровь, сочащаяся из затылка Серой Куртки. Самое красивое зрелище в моей жизни. Я сильнее вжал ногу, ощутив теперь щекочущее нервы потрескивание костей черепа. Бедняга уже практически перестал сопротивляться, наверное, уже видит темный тоннель и на его конце свет.
    «Остановись!»– этот голос был слишком похож на голос священника. Он словно незримый ангел-хранитель стоял за моим плечом и нашептывал на ухо: «Остановись!» И чье-то прикосновение на плече.
    Боже мой, что же я делаю? Неужели я становлюсь таким же, как и Он, становлюсь Пьющим Кровь.
    Я ослабил давление на череп бандита и отступил к машине, только сейчас почувствовав, как гулко бьется сердце, как морозный ветер обжигает лицо, как неистово пульсируют язвы на шее и руках. Надо убираться отсюда, и чем скорее, тем лучше. Никаких больше смертей, никакой больше крови. Я сел в «ПЕЖО» и быстро переключившись на первую скорость, тронулся обратно на трассу.
    Никаких больше смертей.
    Серая Куртка слабо заворочался на земле.
    Никакой больше крови.
    Я выехал на дорогу и снова взял направление на север, в Савватьму.
   
    * * *
   
    Только когда впереди появились тусклые огоньки моего Дома, я смог, наконец, выйти из транса и собраться с мыслями.

Оценка: 0.00 / 0       Ваша оценка: