Творчество поклонников

Подари мне мечту

Добавлен
2006-03-04 11:04:58
Обращений
5425

© Игорь Поляков "Подари мне мечту"

   «Что он мне подарит? Очень надеюсь, что он будет лучше, чем другие. Он должен быть лучше. Я вижу, он вполне может быть моим принцем. У него даже взгляд другой – внимательный, заботливый, он думает обо мне, и не только, когда я рядом.
    У моего первого – я тогда, дурочка, даже замуж вышла за него – взгляд был какой-то отстраненный, словно он смотрит и не видит меня. Я это уже потом разглядела, а тогда, когда он преподнес большую розу (темно-красный бутон на толстом колючем стебле), я была рада, нет, если точнее, я просто визжала от восторга. Потом, когда на каждый праздник вручалась роза (словно он их клонировал где-то, потому что они всегда были одинаковые), я стала ненавидеть розы, да и цветы в качестве подарка в целом.
    Со вторым я уже была умнее: встречалась с ним и смотрела, какие он будет дарить подарки. И когда он с довольной улыбкой подарил мне на 8 марта красиво упакованный набор из дезодоранта, шампуня и ополаскивателя для волос, то я, конечно же, приняла подарок, но очень быстро рассталась с этим претендентом.
    Третий – вальяжный состоятельный мужчина на «Ауди» стального цвета - был далек от того идеала, что я себе придумала, но на принца на белом коне он немного походил. Поэтому я позволила ему ухаживать за собой. И была страшно удивлена, когда на мой день рождения он подарил абсолютно безвкусное колье из полудрагоценных камней. Я как представила ЭТО на своей шее, так чуть было не размазала эти побрякушки по его роже.
    И вот сейчас – мы сидим в ресторане и он передо мной. И что мне ждать от него? Когда он сегодня подъехал за мной на работу на черном BMW и, выйдя из машины в черном костюме, подал мне руку (представляю себе, сколько пар глаз в этот момент прилипло к оконным стеклам), он вполне походил на того единственного принца, ради которого я жила все это время.»
    Так думала Вера, с улыбкой глядя на сидящего рядом мужчину. Саша был внимателен и галантен все то время, что они знакомы (всего то, двадцать пять дней, но уже достаточно долго, чтобы ожидать чего-то большего, чем букет цветов). В его глазах Вера видела подлинный интерес к ней, и, когда он улыбался, видела искренность на его лице. Темные волосы, светло-серые глаза, чисто выбритое лицо, мягкие руки, умный и интересный собеседник – практически идеален, и, чтобы не сглазить, Вера скрестила пальцы под столом. Она, чувствуя себя, как минимум, принцессой (ресторан один из самых дорогих в городе, и скоро тот самый весенний праздник, на который она обычно получала цветы и глупые слова о солнце, весне и красоте), пребывала в предвкушении осуществления своей мечты.
    -Я рад знакомству с тобой, - сказал Саша медленно, словно подбирая слова, - рад, что именно сегодня могу подарить тебе то, что вполне может выразить мое отношение к тебе.
    «Начало многообещающее», - подумала Вера.
    -Может быть, тебе не очень понравиться первый подарок («ого, их будет несколько»), но я все равно подарю в надежде, что ты оценишь его потом, когда поймешь, - продолжил он уже менее решительно. Саша вздохнул и, сунув руку во внутренний карман, извлек ручку. Обычную шариковую ручку. Вера повертела в руках подаренный предмет и пока еще удивленно посмотрела на ставшего вдруг абсолютно неидеального мужчину.
    -Я долго думал …, - начал Саша, но замолчал, увидев, как Вера с суровым выражением лица, отложила ручку в сторону.
    -Мда …, - вздохнул он, - тогда второй подарок, который ты, конечно же, оценишь по достоинству. Из того же кармана он извлек плоскую коробочку черного цвета («если там кольцо, то чересчур рано, и не знаю, хочу ли я получить его от него») и открыл её. Внутри лежала карточка – подарочный купон на 30.000 рублей от одного известного парфюмерного магазина.
    Это было значительно лучше. Вера, широко улыбнувшись, сказала «Ах» так выразительно, что стало понятно, что подарок пришелся ко двору.
    Официант принес заказанный ужин, и вечер, от которого Вера многого ожидала (от подарков, которые дарит мужчина, зависят дальнейшие отношения, а Саша ей нравился), продолжился. Милый разговор под вкусную пищу и приятное вино с прекрасным собеседником – Саша очень интересно рассказывал о Великобритании, где неоднократно бывал (по бизнесу, конечно), о Биг Бене и большом колесе обозрения, о Тауэре и воронах, что берегут монархию. Вера слушала и представляла себя, гуляющей по Гайд-парку и, будучи приглашенной на файв-оклок к Королеве, судорожно пыталась вспомнить давно забытые английские слова приветствия, соответствующие ситуации.
    Хороший вечер с приятными мечтами.
    Саша привез её домой и не сделал попытки к сближению, что было ему плюсом («хорошо, что он не из тех, которые полагают, что я обязана сразу после получения дорогого подарка предложить ему свою постель»). Он проводил её до подъезда и поблагодарил за прекрасный вечер.
    Дома Вера долго смотрела на себя в зеркало. Она была уверена в своей красоте, и поэтому думала над странно безупречным поведением Саши. Ни разу в его взгляде не промелькнуло и тени похотливого интереса. И это никак не укладывалось в рамки её понимания.
    «Может, он голубой», - напоследок подумала она, и отогнала от себя эту глупую мысль.
    Переодевшись в халат, она села к столу и открыла дневник, которому поверяла свои тайны («глупость конечно, но так хорошо написать то, что хочется сказать»). Повертела в руке ручку, которая лежала в дневнике, и вспомнила о подарке Саши. Потянувшись к сумочке, извлекла ручку и оглядела её внимательно. Обычная шариковая ручка черного цвета, явно одноразовая, сбоку надпись белыми буквами «DreamWizard». Черкнула на бумажке – гель черного цвета оставил четкий след.
    Вера хмыкнула и стала писать о том, что сегодня было и как она к этому относится. Исписала целый лист, выплескивая свои эмоции, и затем, взглянув на часы, закрыла дневник. Пора спать, завтра на работу.
    Вера работала в женской консультации врачом акушером-гинекологом и утром следующего дня отправилась на работу. Пациенток, десятками проходящих мимо неё каждый день, она воспринимала, как потенциальную угрозу своему спокойному существованию. Почти каждая женщина, заходящая в её кабинет, была проблемой, которую решать не хотелось. И поэтому Вера сумрачно смотрела на очередную девушку, сидевшую напротив, которая только что сказала ей, что хочет сделать аборт. Вера, прикинув наметанным глазом, что срок беременности явно превышает двадцать недель, и поэтому, посмотрев на лицевую часть амбулаторной карты и затем на девушку с грушевидной формой головы («фамилия соответствует внешнему виду»), спросила:
    -И с чего вы, Грушева, решили, что кто-то сделает вам аборт?
    Девушка, глядя на доктора круглыми глазами, пожала плечами, и, отводя взгляд в сторону («Господи, ну до чего тупорылая тварь!»), промямлила:
    -Дак, ведь ребенок мне не нужен.
    -Вы на учете в психдиспансере не состоите? – спросила Вера.
    -Нет, - помотала головой девушка, - а, что, надо?
    -Странно, - сказала тихо и как бы в сторону Вера, - типичная олигофрения.
    После осмотра на кресле и определения срока беременности, Вера села за стол и стала писать. Почти сразу же закончились чернила в ручке, и, отложив её в сторону, она поискала на столе другую. И, не найдя, потянулась к сумочке – «DreamWizard» лежала сверху, словно ждала её. Вера посмотрела на неё с удивлением – она была уверена, что оставила ручку дома. Затем продолжила писать в амбулаторной карте, одновременно пытаясь объяснить пациентке Грушевой, что она пропустила все сроки и, что никто и нигде не будет делать ей аборт. Что у неё один выход – выносить ребенка и после родов оставить его в родильном доме, как делают все те, кому ребенок не нужен.
    Подняв голову от карты, Вера спросила:
    -Все понятно?
    Грушева кивнула головой, будто все поняла и, взяв бланки анализов, встала со стула.
    -Сдадите анализы и приходите 20 марта на прием, - строго сказала напоследок Вера и закрыла карту.
    Повертела в руках ручку и сложила обратно в сумку – все-таки, подарок. А ручки у неё были, просто их надо было поискать в столе.
    Подошло время законного перерыва на чаепитие и Вера пошла в комнату отдыха. Там, под горячий чай с печеньем и вареньем, она в красках рассказала коллегам о своей пациентке. Обсудила с ними проблему деградации населения и их работу в этих скотских условиях. Поговорили о возможных путях решения этих проблем («тотальная стерилизация дебилок и деграданток, и обязательно - в разы повышение зарплаты»).
    Их размышления прервал выпуск новостей по радио. Вера первая обратила внимание коллег на сообщение диктора.
    «… наш корреспондент сообщает о панике в Лондоне. Сегодня утром Деррик Койл, хранитель воронов лондонского Тауэра, сообщил, что три ворона – Хугин, Мунин и Тор - из шести умерли. Затем, в течение часа, умерли остальные – Брэнвин, Гвиллум и Болдрик. Еще через некоторое время Деррик Койл был госпитализирован в агональном состоянии и умер, не приходя в сознание. На данный момент Тауэр оцеплен полицией и по непроверенным сообщениям большая часть бифитеров и служителей Тауэра или умерли или заболели. Специалисты говорят о мутации вируса птичьего гриппа H5N1 и осторожно рассуждают о начале пандемии. Часть лондонцев покидает город, хотя власти призывают жителей города не поддаваться панике. Пока нет никаких комментариев от пресс-службы королевы, хотя согласно легенде, монархия в Великобритании падет, как только умрут или улетят вороны Тауэра».
    Врачи переглянулись – им не надо было объяснять, что произойдет, если на самом деле вирус птичьего гриппа в результате мутации приобретет возможность передаваться от человека к человеку воздушно-капельным путем. До создания вакцины еще очень далеко, а, судя по сообщению, мутировавший вирус крайне агрессивен.
    Их размышления прервала заведующая женской консультацией, представительная дама за пятьдесят, которую сотрудники за глаза звали «Мадам». Она вошла в комнату отдыха и спросила, оглядев всех поверх очков:
    -У кого была на приеме беременная Грушева?
    -У меня, - ответила Вера, - а что?
    -Карту мне на стол, - сказала Мадам, и потом объяснила, - позвонили из гинекологии, она сейчас на операционном столе. «Скорая» подобрала её на улице с массивным кровотечением и прогноз для её жизни хреновый.
    Вера побежала в свой кабинет и, открыв амбулаторную карту, оцепенела. Там, где должен быть написан осмотр пациентки, четким каллиграфическим почерком был начертано:
   
    ты думала грушеголовая корова что ты придешь и тебя избавят от того что тебе не нужно а хрен там ночевал тупорылая скотина сдохнет твой ребенок и сдохнешь ты умываясь кровью и выблевывая нутро и это благость для тебя ибо предсказанное Мастером уже началось и ты не увидишь и не почувствуешь ужас мертвой хватки на своей шее ибо он уже здесь и собирает приготовленный для него урожай
   
    Вера суетливо вырвала лист из амбулаторной карты и быстро все переписала.

Оценка: 0.00 / 0       Ваша оценка: