Творчество поклонников

Одно необычное утро

Добавлен
2005-02-01
Обращений
4640

© Валентин Мазуров "Одно необычное утро"

   Чертики раскачиваются на качелях. Детская площадка абсолютно пуста: лавки стоят одиноко вдоль песочниц, лесенок и горок, свежевыкрашенных в яркие цвета радуги. Едкий, токсический запах краски гулял вместе с сильным ветром, развивающим густые листья старого каштана у выхода из подъезда высотки.
    Железные двери раздражительно скрипели от сквозняка, не имея возможности захлопнуться из-за украденного два дня назад кодового замка. Они бились об металлическую рамку пронзительным гулом, сотрясающим мрачную многоэтажку, и снова распахивались.
    Необыкновенные фиолетовые тучи надежно спрятали солнце, отодвигая наступивший рассвет на неопределенное количество времени. На улице застыл неприятный полумрак: когда светает, но предметы вокруг еще расплываются в сумрачной дымке.
    Как одиноко, покинуто выглядит двор. Словно нас занесло в Припять, через месяц после взрыва на Чернобыльской АЭС – город призрак, город загубленных душ и изувеченных судеб, не успевший утратить признаков недавней обитаемости. Просто в один момент все перевернулось с ног на голову, и люди наспех покидали работы, школы, квартиры, магазины, парки, спасаясь от ядерной чумы, навеки оставляя прошлое стоп-кадром. Жизнь в таких краях осталась искаженным эхом, оживает только в памяти людей, а на самом деле навсегда канула в пустоту. Не верится, что детская площадка днем не пробудится криками и радостным визгом ребятни, полки магазинов не начнут опустошать замороченные домохозяйки, дороги не покроются новыми следами тертой резины, парковые аллеи не вытопчут влюбленные пары… а так оно и есть. Город замер и поглощается временем. Реальность всегда, оказывается, намного суровей и беспощадней, нежели можно себе представить, ведь она вершит судьбы людей, а не мы управляем ею. И не в нашей компетенции изменить то, что уже свершилось, мы в праве только предотвратить грядущее, и если поезд промчится мимо - следующего ждать не приходится, нам все равно будет не по пути.
   
    Покупая однокомнатную квартиру на отдаленном от центра жилом массиве, я меньше всего думал про одиночество. Правильно говорят, что истинно одинокий человек, только тот, кто считает себя таковым. А я просто не люблю шумных компаний, разговоры ни о чем за бокалом пива, случайных знакомых и неумение сказать «нет». Ведь это наша самая большая проблема, не так ли? Мы очень часто изнемогаем от желания дать отворот поворот очередному ненужному приглашению отобрать свободное время, просьбе о помощи, телефонному распусканию слюней… Да и чего там таить? Так часть хочется послать нахер прямым текстом длинный список людей, но совесть не позволяет. А я наплевал на совесть, на общепринятые законы общества, неофициальные правила поведения. И говорю, что думаю - прямо в лицо, без лирических отступлений. Потому и не хвастаюсь недостающей памятью в записной книжке мобильного телефона, либо дефицитом фантазии в сочинении отговорок от надоедливых друзей, но разве кто-то от этого страдает? И я тем более - нет
    Тридцать шесть тысяч долларов (кругленькая сумма) дались без преувеличений: с потом и кровью, наверное, сюда можно добавить еще и слезы. Последний самый близкий мне человек на этой Земле, любимая бабушка, скончалась прошлой зимой от инсульта. Родители погибли, когда я был еще ребенком, но это, как и личная жизнь – сугубо мое дело и не чье другое. Я же говорил: без лирических отступлений.
    Бабуля оформила свое двухкомнатное жилище на единственного внука: она любила меня больше жизни, а я взамен не замечал за ростом карьеры ее приступы и недомогание, плохое самочувствие и скачки давления. Но не страдаю самобичеванием – всем нам отведен короткий срок, а мне не о чем жалеть в отношении к бабушке. Я обеспечивал нас сполна, мы ни в чем не нуждались, не отказывали себе в некоторой роскоши, часто проводили время вместе: она была счастлива, а это для меня самое главное.
    После смерти старушки я не впадал в истерику или глубокий траур, а воспринял данный факт, как неизбежность бытия. Жестоко, но помогает в подобных случаях. Квартиру мне пришлось выставить на продажу - она мешала работать и забыть о случившемся инциденте, да и зачем столько пространства одинокому туристическому агенту. Покупатели нашлись спустя неделю – молодая семейная пара, ожидающая ребенка (как это мило). Но цену я снижать не стал: бизнес наказывает за подобные слабинки и не терпит обостренной эмоциональности. Место для переезда присмотрел, как расчетливый человек, намного раньше. Район не презентабельный и только расстраивается, но покупка жилплощади – это выгодное вложение денег, которое всегда в состоянии окупиться.
    Переехав, я сразу позиционировал себя, как отчужденный человек, не заводя никаких новых знакомств. Любил сидеть у окна, когда выпадет свободная минутка, и смотреть на пустырь: девственный островок в распущенном мегаполисе, который только готовится стать фундаментом для будущего осваивания, а пока такой одинокий.
   
    Ветер у нас на окраине всегда самый сильный в городе, словно в открытой степи. И сегодня: он не был холодным, но напором проникал, чуть ли не в поры, параллельно вздымая песчаную бурю и волнуя все, чему свойственно шевелиться. Небо затянутое темно-лиловым полотном и видно день сегодня будет пасмурным. Цвет небосклона завораживал: будто в озоновом шаре установили тысячи ярких неонов, свет которых не в состоянии пробиться сквозь грозовые тучи.
    Вот так стоишь на пороге родного подъезда, словно гордая статуя трудяге-бизнесмену, глядишь в глубь и неосязаемость матушки природы и невольно философствуешь о смысле жизни, забывая будничные проблемы.
    А на дворе: пустая улица - привычное дело, ведь во многих домах только звучат первые писки будильников, когда я стою на остановке 342-ой маршрутки, а тут еще и шагу не ступил. Но, все равно, сегодня типичные декорации выходили за рамки обыденности. Может, у меня было плохое настроение, может погода дает о себе знать, а скорее – просто не до конца проснулся, и краски слишком медленно перетекают в реальность, делая эффект полусна. Очень мерзкий эффект, скребущий муравьями душу.
    Я взглянул на циферблат электронных часов casio, еще одна традиционная процедура, повторяющаяся изо дня в день при выходе из подъезда. Но они подтвердили, что сегодня – день будет исключительным, и отбыть его не получится простым номером. Японские часы, которые никогда не барахлили и были куплены пару месяцев назад за приличную сумму - испортились. Вместо цифр мигала хаотичная комбинация точек и палочек, будто послание неведомыми символами откуда-то из космоса. Нажатия на кнопки результата не принесли, словно они бутафорские, и я, выдавив хриплое: «твою мать», оставил технику в покое. Начал прощупывать карманы на наличие мобильного (альтернативный способ узнать время), но со скорбью осознал, что сотовый остался лежать на кухонном столе. Я не суеверный человек, но бабушка (пускай земля ей будет пухом) вколотила в голову несколько народных примет, которые соблюдались словно рефлекс.
    Несмотря ни на что, мною преобладала уверенность: сейчас ровно шесть утра, - уверенность, выработанная многолетней сноровкой. Красавец каштан, расположенный прямо напротив окна моей гостиной-спальни, а в данный момент по левую руку, сотрясался могучим ветром и, что удивило, осыпал листву. Шел месяц май, и осенний листопад мог говорить только о нездоровом состоянии дерева (или человека, который его видит), ведь вместо зелени на нем появились оттенки неминуемого увядания. Грустно если всеобщего любимца придется спилить, но ведь это не тополь, чтобы разносить заразу или вызывать аллергию, потому оклемается.
    Я неспешно зашагал плиточной тропинкой по направлению к трассе (в метрах двадцати, не больше), последний раз окинув взглядом тридцатиэтажного великана и пустынный двор с раскачивающимися на качелях чертиками.
    Брр. Гусиная кожа покрыла тело вовсе не от холода, а от глупых мыслей, которые я тут же погнал в три шеи из головы. Нарастающий ураган ощутимо относил в сторону. Как жалко, что нам с ним не по пути, и вместо закрывания ладонями лица от строительного песка, я не получил ускоряющий парус. А воздух был, что ли под напряжением: гнетущий, будто наполненный невидимыми, неощутимыми выхлопными газами.
    Я подошел к бордюру, ограждающему проезжую часть от тротуара. По левую сторону был безграничный пустырь, словно облагораживающийся уголок Сахары, уходящий в глубь рассветного сумрака и там же исчезающий. По правую руку расположилось все то же незаселенное пространство, но чем дальше к канатному мосту, тем отчетливее становились контуры строек, подъемных кранов и высоток близнецов. Мне как раз в эту сторону.
    Сомнений быть не должно, что через пару тройку лет данный жилой массив не будет ничем отличаться от самых шумных районов города: море молодежи, забегаловок, торговых центров, ночных клубов и прочих удовольствий современного человечества. Ну а пока оставалось только блаженствовать деревенским спокойствием и отстраненностью от всей суетливости центра.
    Вдоль четырех полосной трассы, располагался длинный ряд фонарей с газовыми лампами, что стало одной из самых больших гордостей квартирных брокеров, завлекающих клиентов на приобретение здесь недвижимости. Фонари всегда освещали улицы в темное время суток, рождая мнимое ощущение безопасности в отчужденном районе. А сейчас находились в первой стадии нагревания, рассеивая блеклые лучи света в воздухе, словно детский фонарик с высоты в десять метров. На дороге расчертили, свежую разметку, которая позволяла скрывать ее недостатки (украденные 50% асфальта) своей европеоидной красотой.
    Машин не было. Сколько я шел к остановке, ни одного железного монстра не промчалось мимо, да и яснее не становилось. Ветер яростно шипел непостижимые обычному человеку слова (угрозы?), причем делал это уверенно и четко, не давая и мгновенного спуску никому и ничему.
    Елки-палки, почему же так тяжело дышать? Это тоже, что получать из кислородной маски воздух забитого ночного клуба с плохой вентиляцией. Да еще и левая рука, в районе кисти, неожиданно стала припекать, словно приложили нагревающуюся вольфрамовую нить. Если с воздухом я еще как-то потерплю, то жжение в руке пропускать мимо внимания не стану, очень похоже на укус малярийного клопа или здоровенной осы. Я на ходу подкатал рукав ветровки, неуклюже, едва не скинув с плеча шлейку портфеля, и увидел, что скорость, с которой Casio показывали зашифрованную комбинацию цифр, увеличилась до сверхзвуковой, а из кнопочных щелей выделяются маленькие струйки пара. Я сорвал часы, не тратя времени на расстегивание резинового ремешка (разве мог быть другой очаг боли?), кинул на землю, словно пластмассовый стаканчик с кипятком. Кожа в поврежденном месте покраснела и вздулась ровным кругом.
    Casio упали на грунт циферблатом вниз, и моему зрению открылась раскаленная металлическая крышка, за которой скрывались основные микро механизмы.

Оценка: 10.00 / 1       Ваша оценка: