Творчество поклонников

Дом №9

Добавлен
2005-08-02
Обращений
6182

© Альфред Уайт "Дом №9"

    Нет. Разница заключалась в том, как умершие относились друг к другу. Был негласный договор, который делал всех если не друзьями, то никем.
    В этом мире намного лучше, чем в том, в котором вы находитесь сейчас, уж поверьте мне, здесь всем можно доверять, здесь все знают цену предательству и лжи.
    Миры - это всего лишь материя, а в чем разница между вымышленной материей и той, в которой ты сейчас присутствуешь? Если ты не видишь чего-то, значит, оно не существует?
    Ты видишь сейчас статую свободы?
    Нет.
    Ты видишь сейчас океан?
    Ты видишь, дорогой читатель, египетские пирамиды, или же хотя бы свою соседку?
    Ты видишь сейчас себя?
    А видит ли кто-нибудь тебя?
   
    Не видеть, не значит, не знать.
   
    Вот как обстоят дела в Городе мертвых, конечно же, ты его не видишь, но доведется ли тебе в него попасть? Только попробуй скажи «нет» и представь, как ты будешь смеяться, когда тебе доведется туда попасть.
   
    ***
   
    Если не друг, то никто. Именно так. Количество друзей, в моем случае, было явно меньше, чем шестая часть здесь присутствующих.
    Что меня удивило, что меня могло удивить после того, что я пережил, а точнее, наоборот – не пережил?
    О нет, это была не такая уж и удивительная вещь, по крайней мере, здесь, всего лишь количество новоприбывших увеличивалось с каждым днем, машина только начинала набирать обороты.
    Вместе со мной в тот злополучный день прибыло еще несколько человек, а точнее трое.
    На следующий день я наблюдал за поведением своего собакообразного соседа, к которому почему-то не испытывал даже слабой злобы. Мы не общались, иногда переглядывались, после чего он виновато ложился на пол, в знак того, что как бы просит прощения, а я показательно отворачивался, как бы в знак того, что не прощу свое убийство за пару слюнявых, извиняющихся взглядов.
    В это же день я заметил, точнее сказать почувствовал, что у Нас гости. Это были четверо новоприбывших. Как они мне рассказали, двое из них были жертвами не совсем здорового старика, бегающего с обрезом, и не жалеющим патронов на нежданных гостей. Остальные почему-то решили умолчать о причине своего нахождения здесь, но дружелюбный сосед с обрезом, позже поведал мне, что это старые жильцы этого дома и умерли, исключительно по причине собственного желания, перерезав себе вены в горячей ванне. Они просто не видели иного способа связать себя узами любви.
    На следующий день партия новоприбывших увеличилась еще на одну жертву. И так в течение всей недели, которую я здесь находился. Первые три дня меня интересовали причины их присутствия, но позже я понял, что ошибка заключается в неправильной постановке вопроса: нужно было спрашивать не причины их смерти, а причины их появления в этом доме. Как нам уже известно, еще никто из гостей этого дома не выходил обратно, по крайней мере, сам, а количество желающих в нем побывать с каждым разом (днем) увеличивается на одну жертву.
    Да, я уже мертв и мне нет дороги обратно, я это отлично понимаю. Но я единственный, из здесь присутствующих, пытаюсь докопаться до истины, остальные же занимаются двумя вещами: наблюдают за живыми и помогают, им присоединится, к сотне, другой, мертвецов.
    По мне, так на стене нужно было написать лозунг:
    «Каждому по потребностям – n-ое количество + 1 мертвец в день»
    Или еще лучше:
    «Выполнение плана – норма, перевыполнение – Честь»
    Хотя, я не буду удивлен, если по дроге мне встретится именно такой плакат.
    Что мне оставалось делать, кроме как ничего? Да, я уже мертв, а этот чертов дом, скоро дойдет до сотни трупов в день (Честь). Но какого… именно я должен заботится об этом гребаном поставщике трупов?! Нет, конечно же, дело не в том, что я такой правильный, даже не в том, что я хочу спасти сотню, другую жизней, скорее, я просто надеюсь... Есть ли эгоизм в том чего я хочу? Конечно есть! Ну и что с того?! Пусть я лучше буду живой эгоист, чем праведный призрак! Но выход у меня остается один.
   
    ***
    Сколько я уже здесь? Целая неделя, даже юбилей можно праздновать, а никто даже и экскурсии не предложил. Остается идти в разведку боем. Всю неделю я провел на пятом этаже, честно говоря, там хватало интересного, даже отвратительного. На третьем этаже почему-то большинство присутствующих было без ног, и бегать им приходилось на культях. На втором же ситуация была обратно пропорциональной: этаж был разбит на два лагеря, лагерь безруких и лагерь уверяющих себя в том, что они спят, но просто не просыпаются. От части это было правдой. Это можно назвать сном, правда, очень страшным и бесконечным, хотя, глядя на второй лагерь, сразу становится понятно, почему они не верят в действительность: они же были уродами и ни только при жизни, сейчас, можно сказать, они обрели свою истинную сущность.
    Спускаясь на первый этаж, я уловил пару косых взглядов от безруких друзей.
    Лестница заканчивалась дверью. Сначала я просто любовался, не решаясь войти. А что меня за ней ждет? Сумасшедшие придурки, полоумные маньяки, уроды, лишенные глаз или конечностей, а то и все вместе...
    Дверь сразу поддалась. Сделав пару шагов, я почувствовал запах рождественской ели. Как он был прекрасен, здесь, в этом доме, где нет запахов, нет чувств, здесь даже не нужно дышать чтобы жить. Здесь не живут, а только существуют.
    Комната была освещена множеством гирлянд, развешанных как на ели, так и на стенах. Казалось, они светились миллионом цветов, а на столе ждала еда, и запах ее заставил меня бросится к столу, но я не смог.
    Между столом и мной была невидимая стена, эта была грань между живыми и мертвыми, но преодолеть ее могли только живые.
    Я прыгал, пытался перепрыгнуть, бил своим телом с разбега, но все мои старания были обречены - я по ту сторону жизни. Я не мог понять. Почему? Еще неделю назад меня обременяли миллионы обязанностей, миллиарды желаний и неисчисляемое количество возможностей, а сейчас я прыгаю на невидимую стену, стену, которая была символом моей ничтожности. Я был жалок рядом с этой стеной, мертвый, не способный что-либо изменить в своей жизни, а теперь и в своем существовании.
    Это было выше моих сил. Я начал рыдать, но у меня так и не потекли слезы. Я начал выть, и у меня из груди не вырвался ни один звук. Я начал биться о стену. И мне даже не было больно. Что может быть ужасней беспомощности? Ужасней ничтожности?
    Ведь обладателем именно этих черт я сейчас и являюсь.
   
   
    ***
    Я думал, что я свихнулся! Ха! Вот теперь, когда дом заговорил со мной, я свихнулся! Я слышу его так же реально, как вы видите эти буквы! Думаете, он предлагал мне сделку? Именно так он и поступил. Он даже смилостивился рассказать мне, что питается силой умерших, а теперь силы его растут как никогда. Смысл же сделки заключался в том, что: либо я помогу ему по своей воле, либо он заставит меня сделать это. Но ставки были велики как никогда. С его стороны козырем была моя жизнь, он мог мне ее подарить за убийство шести человек, а с моей стороны вечная служба ему. Даже если он подарит мне жизнь, то я буду его рабом, убивать по заказу и даже без.
    Если бы он сделал это предложение в день моего прибытия, то я бы не задумываясь согласился, но нет, не сейчас. И никогда.
    Стоя за стеной, точнее по ту сторону ее, я понял, что пути назад нет и никогда не будет. Жизнь стала иллюзией как та еда за стеной. Да у нее есть запах, да она красива, да она кажется такой настоящей, но я же знаю, что это не так. Я хочу верить в то, что она настоящая, но от этого она же такой не станет?
    С той же ясностью в уме я знаю, что он может меня заставить делать все, но я не стану его рабом, пока. А может и никогда.
    Он овладеет душой? Нет.
    Он может многое, но только не это. Если он мог бы это сделать, то уже давно сделал бы. Зачем ему говорить со мной в таком случае? Он может попытаться воздействовать на меня, и только. А выдержу ли я? Тем более, я не знаю на что он способен, он даже может обратится к обыкновенному шантажу. Только зачем ему я, такой ничтожный, такой беспомощный и слабый?
    Вот этого ответа у меня нет.
    И что мне остается, бороться? За что? За жизнь, которую мне не может вернуть уже никто, или за свободу, которую я потерял вместе со своим, ныне мертвым, телом? Или же за идеал правильного голливудского мальчика, который жертвует собой до конца? А за что еще я должен собой жертвовать? За старушек, которые умрут не сегодня так завтра? За сверстников, которым достанется то, что для меня потеряно навсегда?
    Вот еще пара вопросов, на которые у меня нет ответов. Сколько их еще таких вопросов?
    Я поднялся на ноги, по венам которых уже не текла кровь, и пошел к себе, на место, где меня загрыз бультэрьер в обличье Сэта. Проходя мимо бесконечных друзей, обитавших на втором этаже, я продолжал ловить косые взгляды в мою сторону. Видимо они знали на что я шел. Они все там уже были. Кто-то согласился, а у кого-то даже хватило совести отказаться. Вот и ответ. Ему не нужен был именно я, ему был нужен только еще один мясник в бесконечной армии. Я даже почувствовал себя не ловко, настолько я считал себя особенным.
    Но почему никто не остановил меня, если все знали на что я иду? Или они понимали и принимали решение стать рабом как ушедшие, и где-то в глубине души даже завидовали им? Конечно, не о совести говорить тем, кто готов на все ради жизни, и конечно мы не вправе их судить, но неужели они не понимают, что их кормят иллюзией? Или они окончательно свихнулись здесь, среди сумасшедших?
    А вот этот ответ я знаю - Да. Я здесь всего неделю, а сколько они?
    Десятки лет?
    Или больше?
   
    ***
   
    - Почему все так сложно?
    - Может потому, что все проще, чем кажется? – с серьезным видом отвечал бультерьэр. В обычной, прошлой жизни я счел бы эту картину необычайно смешной, однако здесь, были собеседники и посмешнее.
    - Если ты такой умный, почему тогда сидишь в теле собаки?
    - А ни пошел бы ты?
    - Да я бы пошел, только некуда... тем более, по чьей милости я здесь оказался? - Я не хотел этого говорить, не трудно было догадаться, что его заставили. Заставили так же как в скором времени заставят и меня. – Ладно, забудь. Лучше скажи, что мне делать.
    - Тебе? – спросил он, будто кроме меня, здесь был кто-то еще. – Тоже, что и всем – ждать. Думаешь ты один такой?
    - Какой еще такой?
    - Да тебе только осталось получить лицензию на убийство и вылитый Джеймс Бонд, сейчас ты покопаешься в мусорном баке, убьешь пару злодеев, и все вокруг будут лыбиться по десна и уступать тебе место в трамвае!
    - Что ты хочешь этим сказать?
    - Да то, что ты не видишь дальше своего носа! Какой он у нас бедный! Несчастный! Как не честно с ним обошлись! Да произошла ошибка! Давайте срочно вернем ему тело и все вдруг встанет на свои места! А ты не подумал, что здесь еще сотня таких же обиженных и обделенных как ты?
    Что я мог на это ответить? Он даже был прав.

Оценка: 7.50 / 2       Ваша оценка: