Творчество поклонников

Wonder Woman или Обрести себя

Добавлен
2006-08-30 14:52:08
Обращений
5612

© Игорь Поляков "Wonder Woman или Обрести себя"

    Я уже и так много сказала.
    Но, похоже, Диана была удовлетворена моим ответом. Она улыбнулась, кивнула понимающе, и сказала:
    -Я думаю, у нас все получится. Снимай с себя одежду, обряд проводится обнаженными.
    После этого громче добавила, снимая с себя халат:
    -Девочки, начинаем.
    Пока я расстегивала блузку, глядя на красивое белое тело Дианы, в комнату вошли девушки – ничуть не хуже, чем хозяйка. Стройные тела десяти девушек казались одинаковыми, словно их лепил один скульптор, но, приглядевшись, я поняла, что они разные. Блондинка с широкими бедрами и большой грудью, брюнетка с плоским животом, маленькая ростом голубоглазая девушка с грудью конической формы, порывистая в движениях шатенка с до боли знакомым лицом, словно она только что сошла с экрана. Русоволосая девушка с маленькими ягодицами подошла к столу и стала поджигать свечи, которые еще одна коротковолосая блондинка вставляла в подсвечники. Тоненькая, как тростинка, узкобедрая девушка стала задергивать шторы. Я сняла юбку, нижнее белье и непроизвольно сравнила себя с ними – мое рыхлое тело было далеко от идеала, но моя небольшая упругая грудь правильной формы была лучше, чем у некоторых девушек. И странное ощущение, что моя обнаженность здесь вполне естественна, словно мы только что пришли в этот мир. Мне было приятно находиться здесь – среди этих девушек я чувствовала себя хорошо, словно я была своя среди своих.
    Диана тем временем сложила моих любовных куколок и красную ленту на камень в центре. Девушки расставили подсвечники с горящими свечами вокруг этого камня и сели рядом с ними, образуя ровный круг.
    Нерешительно оглядываясь вокруг, я не знала, что мне делать.
    -Садись у камня так, как сяду я, - сказала Диана.
    Она опустилась на раздвинутые колени, и затем села на свои ступни. Я села также напротив неё через камень. После нескольких минут молчания в мерцающем свете свечей, глядя в глаза Дианы, я начала успокаиваться. Стали постепенно уходить пустые мысли из головы. Запах горящего парафина казался достаточно приятным ароматом, чтобы с удовольствием вдыхать его. Расслабились мышцы тела, хотя, казалось, что я долго в такой позе не смогу просидеть. Огоньки свечей в глазах Дианы колебались, словно она мне постоянно подмигивала, уводя за собой в мир, где Сюзан чувствовала себя вполне комфортно.
    Когда девушки заговорили хором, напевая речитативом, я воспринимала слова, как песню, что пела сама, находясь там, где мой мир был прекрасен, воздух чист, небо голубое – Сюзан напевала слова неведомой песни, совершенно не задумываясь.
    -Благослови меня, мать, ибо я дитя твое.
    -Благословенны будьте мои глаза, чтобы смогла я увидеть и осознать свой путь к тебе.
    -Благословен будь мой нос, чтобы смогла я вкусить твой аромат, ибо он прекрасен.
    -Благословен будь мой рот, чтобы смогла я говорить о тебе и для тебя.
    -Благословенна будь моя грудь, чтобы смогла я услышать, как бьется преданное тебе сердце.
    -Благословенны будьте мои бедра, меж которых зарождается жизнь, чтобы смогла я пройти через твои детородные муки.
    -Благословенны будьте мои ноги, чтобы смогла я идти по пути, указанному тобой.
    -Благослови меня, мать, ибо я дитя твое.
    Девушки начали повторять слова песни, Сюзан за ними, а я, будто глядя на этот хор со стороны, смотрела на ритуал со странным чувством, что это все – моё. Я все это знаю. Я выполняла этот обряд многократно, я прекрасно помню запах и мерцающие свечи в полумраке комнаты. Я знаю, что будет дальше. Поэтому я ничуть не удивляюсь тому, что в комнате появляется Богиня. Мать-Богиня.
    Большой черный паук, величиной с женский кулак, покрытый густой короткой шерстью, достаточно быстро добрался до круглого камня. Недолго посидел на красной ленте – я смотрела на него и испытывала чувство восторженной радости, в которой перемешалось удовольствие от созерцания совершенного тела Черной Богини, блаженство от осознания предстоящего, прелесть возвращения и обретения Сюзан.
    Богиня двинулась сначала в сторону Дианы, но, после секундного колебания, повернулась в мою сторону, и – Сюзан замерла всем телом, зная, что её ждет – я почувствовала мягкие прикосновения. Богиня взобралась по моему правому бедру, легко проникла в отверстие между раздвинутыми ногами.
    -Благословенны будьте, сестры, - прошептала Сюзан, в то время как я, закусив губу, наслаждалась болью. Испытывая сладостную муку, закрыв глаза и запрокинув голову, я ничего не видела, и в то же время смотрела, как Сюзан взяла обеих куколок в руки, плотно приложила их друг к другу. Диана красной лентой несколько раз обмотала куколок и туго завязала на два узла. Сюзан снова положила связанных куколок на алтарь (теперь я знала названия тех предметов, что окружали меня – теперь я понимала, что знала их всегда).
    -Благословенны будьте, и вы, и они, все, кто любит и любим, кто хочет любить и способен любить, кто любил и в памяти сохранил любовь, - громко сказала Сюзан, и как эхо, все остальные, сказали те же слова. Я к этому моменту находилась совсем близко – словно набегающая волна, что смывает грязь с песка, словно порыв ветра, разметав волосы, обдувает горящее лицо, словно рвущаяся из груди песня, которую чувствуешь сердцем, словно невыразимое словами счастье, что приходит внезапно и остается в памяти навсегда, - стон, сорвавшийся с моих губ, как благодарственная молитва во имя Черной Богини.
    Краем находящегося в невесомости сознания и глазами Сюзан, я увидела, как Мать-Богиня, неспешно возвращается в картину на стене. Место, из которого она пришла, и куда она вернулась.
    И когда черный паук исчез в букете роз, я тоже вернулась. Понимая, что Сюзан по-прежнему со мной, и радуясь этому.
    -Сестра Сюзан, как ты себя чувствуешь? – спросила Диана.
    -Прекрасно, - прошептала я, словно боялась звука своего голоса.
    -Сестра Сюзан, ты понимаешь, что произошло?
    -Да, - кивнула я.
    -Ты все еще хочешь, чтобы Мать-Богиня выполнила твою просьбу? – Спросила Диана, протягивая мне связанных любовных куколок.
    -Не знаю, - пожала я плечами, и добавила, - но, если я передумаю, то просто развяжу их.
    Диана кивнула и улыбнулась.
    -Сестра Сюзан, мы всегда будем рады видеть тебя здесь, потому что ты одна из нас.
    -Спасибо. Теперь я знаю, что такой была всегда.
   
    ***
   
    Одна из сестер – коротковолосая блондинка – довезла меня до дома, где я, не раздеваясь, упала на диван. Слабость в ногах, подвешенное состояние сознания и радость, по-детски восторженная радость – я вернулась.
    С этим я уснула и с этим проснулась.
    Субботнее утро. Солнце в окне. Желание жить и крепкий кофе, который я себе сварю. Так крепко, как любит Сюзан.
    -Сюзан, - сказала я, слушая музыку имени. И подумала, что имя Марина никогда не выражала моей сути – скорее всего, именно имя мешало мне жить, мешало мне осознать себя.
    Я улыбнулась, услышав звонок в дверь. Я знала, кто там, и ничуть этому не удивлялась – хоп, и вечная любовь. Вопрос лишь в том – нужна ли она мне, эта сама долбаная любовь. Я пошла к двери – надо убедиться в том, что все так, как я понимаю.
    -Марина, я все это время думал, и понял, что я тебя люблю, - сказал Леонид, протягивая пышный букет роз, - прости, что заставил тебя ждать. Я был бы круглым дураком, если бы упустил свой шанс.
    Он неловко упал на колено и трогательно продолжил:
    -Я разведусь и хочу, чтобы ты затем вышла за меня замуж.
    Я смотрела в его глаза и думала о том, так ли все на самом деле, или это игра. Происходящее казалось таким фарсом, словно Мать-Богиня смеялась надо мной. И таким реальным, давно ожидаемым, пришедшим из моих снов, событием, словно мои мечты взлетели над суетным бытием.
    Мне хотелось плакать и смеяться. Поэтому Сюзан протянула руку Леониду и сказала:
    -Входи, дорогой.
    Отложив букет роз в сторону, она указательным пальцем медленно провела от воротничка рубашки вниз, отрывая пуговицы одну за другой, говоря при этом:
    -Если бы ты знал, Лёня, как я ждала этого момента, если бы ты только знал …
    В его слегка округлившихся глазах я увидела минутную растерянность, но, когда рука Сюзан, оторвав пуговицы на ширинке, проникла в штаны, в глазах появился блеск. Он улыбнулся той самой дерзкой улыбкой хищника, которую я часто себе представляла. Затем он сорвал с меня блузку, которую я так и не снимала со вчерашнего дня. Пуговицы с блузки разлетелись, смешавшись с другими – теперь уже я смеялась, глядя на игру Сюзан, которая позволила ласкать себя, запустив руки в его шевелюру и томно приговаривая:
    -О, возлюбленный мой, как пусто было без тебя в моей жизни! Как глупо я жила в ожидании тебя! Словно бесконечный сон с желанием проснуться.
    Я смеялась, слушая её слова, потому что это точно был фарс. Сюзан играла, позволяя прикасаться к телу, наслаждаясь силой и могуществом миллионов красивых одиноких успешных женщин.
    Она что-то говорила, но слова не имели смысла.
    Она выгибалась телом, позволяя ласкать грудь, но в сосках был яд.
    Она раздвигала ноги, открывая свободный доступ, но место уже было занято.
    И когда Леонид, обессиленный этой игрой, замер на ковре, Сюзан сказала, взяв в руки любовных куколок и освобождая их от красной ленты:
    -Всяк пришедший сюда, уйдет с миром, ибо глуп и похотлив человек, а Мать-Богиня – мудра и чиста.
    Я повторила за ней эти слова, и обнаженная прошла в другую комнату. Простым карандашом прямо на светлых обоях схематично нарисовала цветы, опутанные паутиной, ничуть не задумываясь, насколько красиво и правильно у меня получается. Зажгла свечу и, сев в уже ставшую удобной позу, предвкушая предстоящую сладостную боль и радуясь ей, негромко запела:
    - Благослови меня, мать, ибо я дитя твое…

Оценка: 6.67 / 3       Ваша оценка: