Творчество поклонников

Подарок

Добавлен
2006-10-21 06:10:12
Обращений
4956

© Иннокентий Соколов "Подарок"

   Бобби с самого детства отличался неспокойным характером, и Джек Смизерс с все чаще и чаще с улыбкой задумывался о том, какое будущее ожидает его сына. Несмотря на природную неугомонность, Бобби был довольно любознательным ребенком. Он познавал окружающий мир настолько, насколько это вообще возможно для десятилетнего парнишки, с копной соломенных волос и тысячей веснушек вокруг глаз и вздернутого, носа.
    Отчасти именно поэтому юный и пытливый ум Смизерса - младшего находил для себя множество различных забав, как-то: попытки разгадать, каким образом устроен пиротехнический патрон, почему укушенное яблоко со временем темнеет на месте укуса, как долго можно продержать палец в кипящей воде и прочие разные разности.
    Ответы на подобные вопросы были для Бобби чем-то вроде хобби. Таким уж он был мальчишкой – если что-то забредало ему в голову, то Бобби не жалел не времени ни карманных средств, раз в неделю выделяемых заботливым папашей, и в итоге всегда докапывался до сути, какой бы прозаичной в итоге она не оказывалась.
    Так в петарде обнаружился вульгарный порох вперемешку с алюминиевой пудрой, яблоко темнело, потому что железо, содержащееся в нем, окислялось на воздухе, а палец, после семи секунд пребывания в кипятке пришлось мазать разными мазями и держать в повязке целых две недели.
    Разрешив ту или иную проблему, Бобби на некоторое время успокаивался, но в любую секунду был готов воспламениться новой идеей. Поэтому его флегматичный и без меры деликатный отец старался быть начеку. Он ни в коей мере не ограничивал Бобби в его увлечениях, более того, всячески способствовал тому, чтобы сынишка как можно более полно познавал окружающий мир, чтобы в последствии быть готовым к тем трудностям, что стоят на пути всякого уважающего себя джентльмена, но при этом не собирался пускать на самотек процесс воспитания единственного отпрыска, (мать Бобби скончалась от перитонита, когда тому было чуть больше четырех, поэтому Джек души не чаял в парнишке, понимая, что сын это единственное, что осталось ему от покойной супруги).
    Стоило сынишке проявить заинтересованность в химии, отец тут же подарил ему набор юного химика, и Бобби часами был готов возиться в старом сарае, переоборудованном под домашнюю лабораторию, переливая разноцветные, тошнотворные жидкости по многочисленным колбам и пробиркам, (почему-то именно дурно пахнущие химикалии, составляли основное содержимое злополучного набора).
    В последнее время сын здорово увлекся медициной, и Джеку пришлось потратить выходной, чтобы подобрать подходящий подарок для Бобби. Так не лишним оказался белый халат, приобретенный в магазине подержанной одежды, набор медицинских инструментов в кожаном несессере (он привлек внимание Смизерса, когда тот проходил мимо витрины ломбарда), старинный стетоскоп, позаимствованный у приятеля-медика, а также аптечка, полная различных микстур, капель, бинтов и прочего нужного барахла – ее Джек купил в городской аптеке, отстояв небольшую очередь. Теперь все было готово к тому, чтобы Бобби мог отдаться своему новому увлечению.
    Когда Джек вывалил все эти сокровища на стол, он с удовлетворением отметил, как заблестели глаза Бобби. Благодарность в его глазах стоила тысячи слов, и Джек, в очередной раз почувствовал, как любовь переполняет его, при взгляде на сынишку, который, забыв про все на свете, копался в аптечке, словно раздумывая над тем, с чего начать.
    Оставив Бобби одного в комнате, перебирать инструменты, Джек тихонько вышел из комнаты сына. Он собирался, как следует отдохнуть, благо субботний вечер как нельзя лучше располагал к этому, так же как и упаковка баночного пива, что поджидала в холодильнике. Джек вытащил пиво из холодильника, и уселся в любимое кресло, вытянув ноги, устраиваясь поудобнее, чтобы слушать уютное бормотание телевизора, передающего трансляцию матча, в котором встретились команды не-помню-как-их-там и не-важно-кто-из-них, посасывать пивко и наслаждаться жизнью.
    Прикончив пару жестянок, Джек убавил громкость, после чего откинулся в кресле, и задремал.
    (И снились ему разные приятные вещи, перечислять которые нет смысла, ибо окажутся они важными лишь для самого Джека, поскольку только он способен понять их значение, а взяты были они из его воспоминаний, надежд и тревог, перемешанных в равных пропорциях…)
    Когда Джек проснулся, вечер уже окончательно вступил в свои права. Смизерс с наслаждением потянулся, выбираясь из кресла. Он выключил телевизор и побрел на кухню, готовить ужин (яичница с беконом для себя, и овсяные хлопья для Бобби).
    Бобби нигде не было видно, и Джек решил, что сынишка бегает где-нибудь во дворе, либо играет в сарае. Он приготовил ужин, и оставил его на столе. Теперь нужно разыскать этого сорванца.
    - Бобби! Ты где?
    Бобби не отзывался, и Джек почуял странную тревогу. Словно что-то… нехорошее происходило поблизости, и он никак не мог повлиять на это. Больше всего на свете, Джек боялся потерять контроль над ситуацией. Такое было уже пару раз… впрочем, неважно.
    Джек вышел во двор.
    - Бобби, сынок! Иди домой, пока ужин не остыл.
    Вот шельмец – беззлобно подумал Джек, заметив тусклый свет в затянутых пылью и паутиной окнах старого сарая. Наверняка Бобби увлекся игрой, и позабыл про ужин. Ну ничего, сейчас он войдет и напомнит парнишке, что уже не время для игр. Джек тихонько отворил шаткую дверь сарая и осторожно заглянул вовнутрь.
    Джек остолбенел.
    Джек широко открыл глаза!
    Джек схватился за стену, чувствуя, как подкашиваются ноги!!!
    Он не закричал. Не закричал, потому что понимал, что стоит крику вырваться из легких, и все будет кончено.
    (Ну ты же понимаешь папаша-Джек, что будет дальше? Если нет – вот тебе примерный набросок – приближающиеся звуки сирен, всполохи мигалок, хлопающие двери полицейских автомобилей, и соседи, гребаные соседи, что суют свои любопытные носы, куда не следует. И наручники, которые оденут не только на тебя, но и на Бобби. А потом будут многочасовые допросы и свет настольной лампы прямо в лицо, приговор суда и лишение родительских прав. Месяцы, проведенные в клинике, где не останется ничего от того славного мальчугана, что греет сердце своим присутствием… А еще… впрочем достаточно и этого…)
    Он не закричал. Тихий стон – вот и все что он смог позволить себе. Тихий стон сквозь стиснутые зубы.
    Ибо то, что он увидел, потрясало своей жестокостью.
    Сарай изнутри был заполнен призрачным светом старой керосиновой лампы, (Бобби разыскал ее на чердаке прошлым летом). Сразу у входа, на деревянных ящиках разместилась химическая лаборатория, - пузатые колбы и тощие пробирки в подставках тревожно поблескивали в неровном свете, словно ожидая, когда Бобби обратит, наконец, на них свое внимание.
    Чуть дальше, у стены стояли старые лопаты, грабли и прочий садовый инвентарь, а в самом дальнем углу, паренек устроил некое подобие хирургического кабинета.
    Триша была еще жива. Соседская девчонка, ровесница Бобби, лежала на операционном столе, - его Бобби изготовил из широкой дубовой доски, ножками служили все те же пресловутые ящики.
    Руки и ноги Триши были надежно примотаны скотчем к неровной поверхности стола, рот пациентки Бобби предусмотрительно заткнул кляпом. Сам же новоявленный доктор, напялив халат, увлеченно копался во внутренностях девчушки, не обращая внимания на приглушенные стоны. Пятна крови заляпали некогда белую ткань халата, но подобные мелочи мало интересовали Бобби Смизерса.
    В глазах Триши, расширенных от ужаса, затуманенных невероятной болью и страданием, Джек увидел смертную муку. Капельки слез катились по щекам, образуя лужицу на грязной поверхности стола (Бобби так и не удосужился постелить хотя бы простыню, сгорая от нетерпения попробовать свои силы в медицине).
    Что-то громко щелкнуло в голове Джека, и… все стало на свои места.
    Ничего страшного не произошло. Это просто… хобби. Оно пройдет так же, как проходили все увлечения Бобби. И отцовский долг Джека помогать сыну, видеть дальше своего носа. Джек осклабился. Он всегда был готов помогать Бобби…
    Кто как ни Джек держал руку Бобби над кипящей водой, не давая сыну малодушно отказаться от поисков ответа на мучившие вопросы. И когда седьмая секунда отозвалась в его ушах пронзительным воплем Бобби (папочка, ну пожалуйста, хватит… я больше не могу, папочка…) он отпустил извивающееся тельце, и направился в ванную, насвистывая модный мотивчик. Не говоря уже про тот случай с супругой, когда четырехлетний Бобби задался целью узнать, откуда берутся дети. Тогда Джеку пришлось здорово понервничать. А еще Джек припомнил, как пару раз они с Бобби играли в «Психо»…
    Джек толкнул двери и ввалился во внутрь, нащупывая путь в полутьме сарая. Бобби поднял голову, и Джек увидел огоньки в его глазах. Он подошел к столу и взъерошил волосы на голове сына.
    - Ну давай, посмотрим, что тут у тебя – добродушно пробурчал Джек и наклонился, чтобы рассмотреть получше разрез, проделанный неопытной рукой сына.
    Они увлеченно играли в доктора, пока луна не показалась в грязном окне сарая. Чуть позже, когда потухли огни в окнах домов, и Стенли Грейвз, чудаковатый писатель, живущий в доме по соседству, отправился восвояси, так и не получив ответ на вопрос, не видел ли случайно Джек его дочь, они вдвоем, с Бобби оттащили то немногое, что осталось от Триши, на задний двор, и прикопали растерзанные останки под кустом жимолости, собственноручно посаженной Смизерсом - младшим еще тогда, когда тот мечтал стать садовником, и только после этого усталые отец с сыном вернулись на кухню, чтобы отдать должное давно уже остывшему ужину.
    Потом они смотрели «Техасскую резню бензопилой», и Джек вздрагивал каждый раз, когда там, на экране, парень в кожаной маске, вырезанной из лица несчастной жертвы, крушил все вокруг, даже не пытаясь, навести порядок в собственных мозгах. Бобби же довольно взвизгивал, роняя на пол поп-корн.
    А на следующий день, рано утром, Джек и Боб Смизерсы отправились в строительный магазин. Джек собирался присмотреть себе электрический фуганок (ну в самом-то деле, деревянная столешница была ни к черту, и Джек собирался привести ее в порядок), а Бобби напросился за компанию. Выбрав подходящий инструмент, Джек заметил, что Бобби куда-то запропастился. Он нашел сына в соседней секции. Внимание Бобби привлек стенд, на котором заботливыми руками продавцов были размещены новые модели бензопил. Поймав внимательный взгляд Бобби, Джек довольно улыбнулся. Теперь он знал, что подарить своему неугомонному сыну.
    Черт возьми, да это будет просто великолепный подарок!

Оценка: 8.50 / 2       Ваша оценка: