Творчество поклонников

Агент

Добавлен
2006-11-25 15:42:53
Обращений
4232

© Константин П "Агент"

   В нашем городке есть одно единственное почтовое отделение, расположенное в небольшом здании на центральной улице. Поэтому, в какое бы время вы туда не вошли, всегда натолкнетесь на очередь, как правило, из пяти- семи человек, желающих отправить письмо, подписаться на газету или получить от-крытку с поздравлением от хорошего приятеля, помнящего о вашем существовании.
    В тот день, когда все произошло, я как раз зашел на почту. У меня с самого утра, несмотря на позд-нюю осень, было праздничное, весеннее настроение, без единой доли скверных и мрачных мыслей. Во- первых, мой научный проект, не дававший мне покоя на протяжении нескольких лет, был одобрен начальством, а во-вторых, за это мне причиталась не одна сотня долларов. Да и вообще, переезд в это маленькое уютное место было большой удачей.
    Заняв очередь, я стал продвигаться все ближе и ближе к столику обслуживания. Через несколько ми-нут вошли еще два человека: один помоложе в черном плаще, шляпе- пирожке и начищенных до бле-ска ботинках, другой- постарше, в кожаной куртке и черных брюках, немного изношенного вида. Тот, что помоложе, отправился к двери служебного входа, постарше занял очередь за мной. И, не успев по-дойти, завязал разговор.
    Поначалу было трудно догадаться, с кем он разговаривает, то ли со мной, то ли с невидимым другом. Но как бы там ни было, он изрек следующее:
    - Агент, - чуть шепотом произнес он, по- видимому, имея в виду зашедшего вместе с ним человека в шляпе- пирожке. – Поверьте мне, самый настоящий безжалостный агент.
    Если бы в этот момент я пил кофе, то явно захлебнулся бы им, так как столь четкое и выразительное утверждение заставило меня даже повернуть голову назад, чтобы внимательно разглядеть лицо гово-рившего безумца. Он продолжал дальше:
    - Вы думаете, мы живем в демократическом государстве? – теперь я понимал, что он обращается ко мне, но не имел ни малейшего желания с ним разговаривать.
    - Черта с два, мы живем в демократическом государстве, - продолжил он, - Иначе как вы объясните тот факт, что прежде, чем что- либо отправить по почте, мы должны показать это для проверки агенту. И только когда он выяснит, что у вас все в порядке, корреспонденция пойдет по назначению. Пом-ните, демократия только в конституции, на реальную жизнь она не распространяется.
    - Извините, - с некой долей возмущения произнес я, - но откуда вы знаете?!
    - Мне не раз приходилось иметь дело с этим агентом. Именно в этом здании, именно при таких же об-стоятельствах.
    - Но чей же это агент? Русских, японцев, англичан? – с долей иронии, без любопытства осведомился я.
    - Национальной службы безопасности, - в отличие от меня, ни чуть не шутя, а еще с более серьезным выражением лица сказал он.
    - А откуда вы знаете, что он агент? Быть может, это один из сотрудников? - продолжал я, в душе начи-ная забавляться над ним, не зная тогда, что мой собеседник - один из тех, про которых говорят «хо-дячее справочное бюро», так как от данных личностей, особенно в маленьких городках, сложно что- либо скрыть и легко получить любую информацию, а любой спор всегда оканчивается в его пользу.
    Агент тем временем, пробравшись через небольшую очередь, подошел к двери, которая вела в слу-жебное помещение.
    - Видите, вошел, - прокомментировал «ходячее бюро».
    - Прекрасно, - отозвался я, - но если считать всех людей, которые входят в двери служебных помеще-ний, агентами национальной службы безопасности, то добрая половина жителей нашей страны, да и любой другой, и есть эти самые агенты.
    - Вы принимаете меня за старого идиота, съехавшего с катушек от переизбытка оксиадреналина, но поверьте, глубоко ошибаетесь. На днях отсюда вывели Била Хьюстона, потому что в его посылке, которую он собирался отправить сыну в Огайо, агент обнаружил пятьсот граммов кокаина, хотя Бил даже о существовании такого зелья не знал. А все почему? Просто накануне он критиковал по-литику нашего президента. – «ходячее бюро» говорил более чем серьезно и убедительно, вводя ме-ня в замешательство и неопределенность.
    - Получается, что агент сам подложил кокаин? - не только из-за любопытства, но и для убедительно-сти в правильности мышления спросил я.
    - Вот именно! А когда Бил услышал обвинение, которое ему вынесли около столика с той мисс, - собе-седник указал на молодую девушку, сидящую за деревянной стойкой, - намочил свои джинсы.
    - Но почему я должен вам верить?
    - А для чего мне себя выставлять идиотом? - парировал он.
    - С одной стороны, все, что вы рассказали - бред, но вот с другой стороны… Если это не выдумка, то мы действительно попали в руки какой- то инквизиции.
    - Заметьте, что арест Била Хьюстона отнюдь не единичный случай, бывали и пострашней, но расска-зывать я о них не возьмусь, - словно подливая масло в огонь сказал он, а затем, сделав паузу, доба-вил, - да и вам будет спокойней.
    - Но позвольте узнать, для чего все это нужно? Почему агент находится именно на почте, ведь с таким же успехом он мог оказаться и в другом месте, например, в аптеке или магазине?
    - А никто и не отрицает, что там их нет. Они находятся повсюду, просто не все верят в их существова-ние, вот как вы, например. А государство получает от этого большой доход и гарантируемую безо-пасность внутри страны. Признаки диверсантов пресекаются мгновенно, благодаря именно таким агентам. Демократия- это еще не идеальная модель управления государством и каждый второй это понимает, только вот что- либо сделать против этого трудно. Германия во времена Гитлера жила таким же образом, и если бы не русские, то до сих пор продолжала бы отводить определенную сумму в бюджет страны на содержание агентов.
    - Но зачем государству устранять ненужного человека на глазах общественности? Не легче ли послать темной ночью, когда на улице идет проливной дождь, специального человека? – с непониманием спросил я, сделав несколько шагов вперед по направлению к стойке обслуживания. «Ходячее спра-вочное бюро» встал на мое место.
    - Запугивание - вот часть их политики, - негромким голосом выпалил он. Затем ему пришлось замол-чать, так как мимо нас, по направлению к выходу, прошел клиент, только что отправивший пись-мо. А далее, убедившись, что за ним никто не наблюдает, а тем более подслушивает, продолжил. – Все жители нашего городка давно уже поняли, что происходит за дверями их домов. Какая опас-ность подстерегает их в случае малейшей критики с их стороны или нарушения закона. Порой, кажется, что ты находишься в супер секретном месте на земле и все меры слежки оправданы. А ко-гда это ощущение проходит, увы, приходится забиваться в угол и молчать. Потому что даже плач могут услышать и упечь вас в психиатрическую лечебницу с диагнозом шизофрения.
    - Но ведь есть какой- то способ избежать этого. Какой- то, но есть… Допустим, не отправлять ничего по почте. – предложил я, представляя себя героем сериала «Сумеречная зона».
    - Если бы все так было просто…- беспомощно продолжил он. Нотки обреченности все сильнее и силь-нее сквозили в его речи. – Вы можете не ходить на почту, в магазин, аптеку, запереть дверь, задер-нуть шторы, потушить свет, исчезнуть из жизни города, но все равно рано или поздно в дверь раз-дастся стук, и вы поймете, что не открыть нельзя. На крыльце будет стоять молодой человек, и держать в руке почтовую открытку, на которой персонально для вас будет написано: «Мистер, Вы забыли отправить рождественский подарок вашей мамочке (или друзьям)». И не важно, что ни той, ни других у вас нет. Вам придется собрать какие- то сувениры, запечатать в серую бумагу и пойти на почту. Потому что теперь это закон. И он должен соблюдаться, пока в городе есть агент, пока в городе есть стражи порядка.
    Пока мой собеседник говорил все это, очередь сократилась до трех человек. И мысль о том, что я мог, не осознавая, резко критиковать власть, непонятным образом, застыла в моей голове, как застывает це-мент в фундаменте будущего дома. К горлу начала подступать тошнота, и прежняя радостная мысль о продвижении проекта канула в прошлое, как будто ее никогда и не было.
    Собеседник на некоторое время умолк, по- видимому, понимая, что теперь мне нужно время осмыс-лить дальнейшие действия. Но тишина и запах собственного пота (о Боже, ведь я никогда так не потел!) только усугубляли обстановку.
    - Послушайте, мистер, а если бросить все это и бежать отсюда в другой штат ?- с какой- то надеждой спросил я.
    - Бегите! Но можно ли убежать от эпидемии? Если не здесь, то в другом месте и возможно в более жестоких обстоятельствах вам придется столкнуться лицом к лицу с агентом…
    Теперь вместо живых лиц я видел маски. И если бы агент достал оружие, а оно явно должно было быть у него, и выстрелил, никто не стал бы сопротивляться.
    От стойки отошел еще один клиент, и только два человека разделяли меня и агента, явно жаждущего запугать и подчинить меня, а если я окажу сопротивление- уничтожить.
    Собеседник продолжал молчать, и только голос клиента, отправляющего письмо, нарушал тишину. Он пытался узнать, как лучше его отправить, и никак не мог решить между заказным и ценным, рас-спрашивая для этого молодую девушку, сидящую рядом с агентом.
    Лицо агента было видно наполовину, точнее, его верхняя лобная часть. Во всяком случае, рассматри-вать его я не мог и не хотел, зная, что человеческая кожа лишь маска (Маска Красной смерти), под ко-торой скрывается еще более ужасный облик черной крысы с красными глазами, готовыми схватить без помощи лап, зубов, когтей, но, тем не менее, больше никогда не выпускать.
    Тем временем, решившись, все- таки на заказное, парень расплатился и направился к выходу, держа в руках чек об оплате. Все вроде бы в нем было обычно: и одежда, и походка, если бы не взгляд, выдаю-щий испуг загнанной до смерти собаки.
    Впереди меня остался один человек.
    Только один человек.
    Сделав шаг полный неуверенности, как будто на сломанных каблуках, или опасаясь, что они в любой момент подломятся, и я всем весом упаду на пол, перед лицом агента, ехидно ухмыляющегося в знак одержания победы над еще одним жителем несчастного городка, не обозначенного даже на школьной карте, я полностью его увидел. Он сидел в белой рубашке, черном галстуке, и пиджаке, внимательно устремив взгляд на монитор, где просвечивалось содержимое направления. А в наплечной кобуре, ви-димую через расстегнутый на несколько пуговиц пиджак, действительно находился револьвер 45 ка-либра, в любой момент готовый выстрелить. Впрочем, теперь уже было поздно беспокоиться об этом. Если мне и было суждено получить пулю в лоб, то это явно должно было произойти.
    Наконец, после некоторого изучения, он сделал кивок головой, и затем рядом сидящая девушка с ло-конами желтых волос на голове, приняла бланк, который заполнял клиент, и, расплатившись, он на-правился к выходу.
    Слово «расплатившись» сейчас носило для меня двойственный смысл.

Оценка: 6.80 / 5       Ваша оценка: