Творчество поклонников

Репетиция

Добавлен
2007-05-02 19:47:25
Обращений
6588

© Иннокентий Соколов "Репетиция"

    Голова Сергея Семеновича дернулась, и изо рта вывалилась огромная, сочная маслина. Она упала прямиком в блюдо – Мишка даже сумел рассмотреть на ее блестящей гладкой поверхности отпечатки генеральских зубов.
    Именно в этот момент Мишка с тоской понял, что остался без тестя.
    Генерал отдал концы.
    - Черт! – со злостью прошипел Мишка, и отпустил руки. Многострадальное блюдо с оливками было заблаговременно отодвинуто им, и на этот раз голова старика соприкоснулась со столешницей, издав глухой звук.
    - Миша, ради бога… - шептала ошарашенная Нинка. Она схватила салфетку, и принялась рвать ее на мелкие кусочки, складывая обрывки прямо на тарелку.
    Мишка не ответил. Он уселся за стол, не сводя глаз с золоченого блюда, посредине которого в лужице масла, нагло развалилась не съеденная генералом маслина…
   
    ***
   
    Хоронили на следующий день. Накануне приглашенный адвокат, сломав сургучные печати огромного хрустящего конверта, огласил завещание, чем вызвал тихий вздох разочарования в рядах присутствующих. После чего, уже вечером, на семейном совете было решено не медлить, и скорее предать земле бренное тело Сергея Семеновича.
    С самого утра светило солнце, и ничто не предвещало беды. Мишка озабоченно обзванивал гостей, согласно заранее утвержденного Сергеем Семеновичем списка.
    Все планы летели насмарку! Как оказалось, у большинства гостей обнаружилась масса причин, чтобы не провожать в последний путь порядком осточертевшего старикана. Оглашенное завещание казалось насмешкой над святыми чувствами тех, кто терпеливо сносил еженедельные приготовления к похоронам.
    Собрались только самые близкие, да несколько зевак - подозрительного вида проходимцев, лелеющих надежды на дармовые выпивку и закуску. Пока везли оркестр, солнце ушло за тучи, и подул холодный ветер.
    Мишка хмурился, теряя терпение. Недовольные скарабеи, мучимые похмельем, не спеша, рыли яму, выбрасывая совковыми лопатами рыхлую, глинистую землю. Из-за оградки слышались натужное дыхание работяг да простой, без изысков мат. Разгружая «Газель» скарабеи умудрились уронить гранитную плиту. Тяжелый камень, выскользнув из потных пальцев, грохнулся оземь. Прибежавший на шум Мишка схватился за сердце – при ударе от плиты откололся кусок, и теперь при всем желании не возможно было установить памятник сразу же после похорон, как того желал покойный. Настоящие медали и ордена Мишка благополучно позабыл дома – пришлось воспользоваться муляжами.
    Ближе к обеду погода окончательно испортилась. Солнце спряталось, и усилившийся ветер вздымал тучи пыли, бросал ее прямо в лица. Ко всему начал накрапывать мелкий противный дождь, который грозил затянуться надолго. Гости морщились, ежась от ветра, что так и норовил забраться под одежду. Приехавший батюшка на скорую руку отслужил панихиду, и так же быстро удалился, прихватив свой потертый чемоданчик.
    Вспомнив про солдат, Мишка в который раз вздохнул. Как обычно сверкающие планы разбились вдребезги о мрачную стену повседневности. Он окинул угрюмым взглядом неровные ряды гостей, что толпились вокруг деревьев, ища защиты от усиливающегося дождя. Похоже, никому не было и дела, до соблюдения необходимой процедуры похорон. Махнув рукой, Мишка бросился помогать скарабеям, оттаскивать инструменты – пора было уже завершить начатое…
    Распорядитель, запинаясь на каждом слове, промямлил прощальную речь. С самого утра у него трещала голова, и похмелье осело тяжким грузом, не давая собраться с мыслями. Гости откровенно скучали, совершенно не вникая в смысл произносимого, мучимые одним только желанием – убраться отсюда поскорее…
    Все было почти готово, для того, чтобы завершить это тоскливое мероприятие. Музыканты взяли в руки инструменты, и приготовились исполнить любимое произведение генерала…
    Обычно в этот момент Сергей Семенович воскресал из мертвых, чтобы быстро, по-военному, разобрать прошедшие похороны, поощрить отличившихся, наказать виновных и счастливо отбыть восвояси. Вот только сегодня все было по-настоящему, и никакая сила не заставила бы старика приподняться, и произнести свое осточертевшее «стоп».
    Гром грянул с такой силой, что задрожали фальшивые медали на размокших подушках, и небеса словно разверзлись. Хлынул ливень, мгновенно превративший глинистую почву в чавкающее под ногами болото. Гости разбежались по машинам, спасаясь от дождя, и только один Мишка стоял, опустив плечи, вытирая лицо. На душе было мерзко и гадко. И дело было даже не в том, что все с самого начала пошло вкривь и вкось. Мишка думал о том, какой жестокой иногда бывает жизнь, что ломает даже самые, казалось бы, надежные планы.
    Ветер хлестал, разбрасывая огромные грязные капли, которые разбивались о стоящий в стороне памятник, стекали с поникших деревьев, на брошенные венки, на забытые впопыхах полотенца и на лежащего в гробу Сергея Семеновича, с лица которого даже после смерти не сошло недовольное, брезгливое выражение…

Оценка: 8.50 / 6       Ваша оценка: