Творчество поклонников

Баенник

Добавлен
2007-07-10 09:50:38
Обращений
5913

© Александр Подольский "Баенник"

    А между тем, на распаханном морщинами лице старика, возникла улыбка, и он продолжил:
    — А мож и одною куры хватит. Тогда-то Баенник подобрет, и не станет больше на людев серчать. И сделать енто надоть тама, где все и началося.
    — Деда Коля, вы нам поможете? — с надеждой спросил Максим, вызвав недоуменный взгляд Алешки, который, как и полагается после сказки на ночь, собирался идти готовиться ко сну.
    — Ты что, собрался идти к себе в баню с хлебом и солью? — В голосе Алешки чувствовалось настороженность. Он то думал, что прослушал очередную байку не вполне нормального старикана, а оказалось, что Максим принял все за чистую монету. — А потом принести в жертву курицу? Если так, тогда я сейчас скажу родителям, и они…
    — Не надо, — прервал друга Максим. — Я прошу тебя помочь мне. Если не хочешь, можешь не участвовать, но хотя бы не говори родителям. Я верю твоему деду. И я очень не хочу, чтобы кто-то еще пережил то, что довелось мне.
    В комнате повисла тишина. На лице Алешки отображались все мысленные процессы, происходящие в эту минуту. Мальчик, взглянув на друга и покачав головой, выдавливая из себя слова, произнес:
    — Нас всех упекут в сумасшедший дом.
    Максим улыбнулся и, обращаясь к деду Коле, вновь спросил:
    — Так вы нам поможете?
    — Дряхловат я для такенных делов. Ступайте вдвоем. Куру енту, надоть закопать у входа в баньку. Куру только саму черну! А то Баенник еще крепче озлобится.
    — Понятно. Спасибо вам, — сказал Максим. — В нашем курятнике как раз есть несколько черных птиц. Мы пойдем.
    — Тока опасливее, внучки. В баню ходу нет, и рядом тож опасенно. Через порог, тока чтоб хлебца положить.
    Мальчишки синхронно кивнули головами, и направились на первый этаж, на ходу выдумывая предлог для отлучения на закрытый участок Стрельцовых.
   
    10
   
    — Она что, решила половину сарая принести с собой? — спросила Света.
    — И вправду, долго. Пойдем, проверим? — Аня медленно поднялась и проследовала к двери.
    — А может, она решила в туалет забежать? — отозвалась Света.
    — Тоже вариант. — Аня толкнула дверь от себя, но та осталась неподвижной. Девчонки, улыбаясь, переглянулись.
    — Ха-ха-ха, очень смешно, — крикнула Света дверному проему. — Интересно, чем это ты там дверь подперла?
    — Дура ты Танюха, и шутки твои дурацкие, — хихикая пробормотала Аня, с полной уверенностью того, что за дверью притаилась подруга. — Мы тебя уже потеряли. Хватит дурачиться, открывай давай!
    Девушки, прильнув к двери, прислушались. С улицы доносилось только завывание легкого ветерка, который проникал сквозь щели, и щекотал лицо.
    — Да ну эту шутницу, надоест там торчать, сама придет, — выразила общее мнение Света.
    Подружки подходили к дивану, когда комната разразилась оглушительным смехом. Грубый, хриплый голос надрывал связки, а освещение будто передавало сигнал SOS на морзянке. Хохот пульсировал в висках, напрягая барабанные перепонки до предела. Все пространство разрывали необъяснимые вспышки, стены вибрировали. Ошарашенные девчонки вжались в угол, и в ужасе наблюдали за беснованием полтергейста.
    Сумасшествие длилось всего пару минут, но Ане и Свете они показались часами. Девушек била крупная дрожь. Наконец, все стало приходить в норму. Лампа светила без сбоев, смех улетучился, да и стены, вроде бы, перестали ходить ходуном. Первой разговорилась Аня:
    — Что это было?
    — Может землетрясение? — неуверенно ответила Света.
    — Точно. — Аня смотрела на подругу как на умалишенную. — Хохочущее землетрясение. Эпицентр наверное был в цирке, а началось оно когда какой-нибудь клоун перепу …
    Слово застряло в горле девушки, и перешло в крик. Стальные пальцы сжали ее волосы и подняли к самому потолку, ударив головой о перекрестье досок. Аня отпрянула, не веря своим глазам. Из стены торчала мускулистая рука, и колотила ее подругу о деревянную поверхность. С потолка брызнула кровь. Аня закричала, а в комнате в очередной раз зазвучал скрипящий смешок.
    Аня бросилась к двери, но та оставалась по-прежнему неприступной. Девушка, кричащая во все горло о помощи, безрезультатно долбила кулаками по доскам, преграждающим ей путь на улицу. Тем временем глухие удары под потолком прекратились, и Свету швырнуло в противоположную от двери стену. Аня, ощущая соленый вкус собственных слез, посмотрела на подругу. Та была в сознании, но внешний вид просто ужасал. К увеличенному вдвое лицу кровью приклеились волосы, в некоторых местах обнажая багровые проплешины. Нос находился не посередине, а под левым глазом, который почти намертво заплыл. Света легонько повела головой, и направила оставшийся орган зрения на подругу. Затем, она попыталась что-то сказать, но изо рта вырвался только густой кровавый комок с остатками зубов. А из стены в это время, словно из воздуха, мерзко ухмыляясь, возник Баенник.
    Единственный глаз Светы наблюдал, как странное существо направляется в сторону сросшейся с дверью Ани. Оно было похоже на человечка из сказок — эдакий злобный старикашка, ростом не больше метра, облаченный в костюм из листьев. Баенник прыжками преодолел расстояние до жертвы, и вонзил огромные руки в голову Ани. Девушка взвизгнула, но этот звук тут же захлебнулся в булькающем кровяном потоке. Через секунду с девушки, словно маска, было содрано лицо.
    Света, беспомощным пугалом привалившись к стене, не хотела ничего видеть. Но закрыть глаз мешала нестерпимая боль, разливающаяся по телу. Голова стала куклой Вуду, в которую вонзили тысячи иголок. Моргать было просто невыносимо, а о том, чтобы зажмуриться не могло идти и речи. Поэтому Света видела все. Сквозь парящий в голове туман девушка наблюдала, как существо отрывает все новые полоски кожи от бьющейся в конвульсиях подруги. Комната быстро заполнялась окровавленными ошметками, превращаясь в скотобойню. Баенник звонко хохотал, оставляя от Ани, которая уже не трепыхалась, насаженный на скелет кусок мяса. Света, увидевшая смерть подруги, молилась только об одном. Чтобы ее собственная участь не стала такой же ужасной. Ведь нетрудно догадаться, кто следующий в очереди.
   
    11
   
    Несмазанные петли, противно скрипнув, отворили дверь и впустили двух мальчишек на участок Стрельцовых. На улице стало совсем темно, ветер гулял по росшим у тропинки кустам, а двухэтажный дом своими мрачными погашенными окнами, словно мертвыми глазами, провожал ребятишек по выложенной плиткой дорожке прямиком к провалившейся во мрак бане.
    — Сначала зайдем в сарай, а уже потом в курятник, — тоном, не терпящим возражений, сказал Максим. Алешка, несущий два батона хлеба и солонку, покорно кивнул головой, смирившись с тем, что он в этом деле только подчиненный.
    Участок был не самый большой, и все постройки находились рядом. Подойдя к хлипкому на вид сараю, мальчишки немного напряглись. Деда Коля говорил, что Баенник это дух бани, но может покидать ее пределы, правда не надолго, и на небольшие расстояния. Сарай всем своим видом словно говорил: «Привидения со всей округи собираются тут».
    — Я быстро, — тяжело вздохнув, прошептал Максим, и нырнул в темноту старых стен.
    Оставшийся снаружи Алешка напряженно вслушивался в трель сверчков, не понимая, как родители могли поверить в историю о срочно понадобившемся игровом диске, лежащем у Стрельцовых дома, преспокойно отдав ребятам ключи, и даже не навязав себя в качестве провожатых. А еще он думал о последних инструкциях деда, полученных перед самым выходом. Вся эта история казалось Алешке чьей-то неудачной шуткой.
    В сарае загорелся свет, моментально наполняя спокойствием, отдающееся стуком в висках, сердце Алешки. Спустя непродолжительное время из двери показался Максим, в каждой руке сжимая по деревянной рукоятке.
    — А зачем это? — спросил Алешка, указывая на топор.
    — Как зачем, для курицы.
    Курятник находился метрах в десяти от сарая, в непосредственной близости от бани. Обитатели данного заведения встретили мальчишек настороженным кудахтаньем. Свет сюда никто провести не додумался. Вряд ли можно было предположить, что кому-то приспичит поймать черную курицу в темноте. Но вот такой день настал. Максим, бросив лопату и топор в траву, отодвинул засов и шагнул в пахнущее пометом помещение. Алешка знал, как непросто поймать курицу. Порой это вовсе невозможно. А тут задача усложнялась, ведь нужна именно черная. Из курятника послышалось хлопанье крыльев.
    — Ай! — крикнул Максим, и пробормотал себе под нос целую тираду, из которой Алешка разобрал только словосочетание «гадкая птица».
    — Тебе помочь? — Алешка кричал в темноту.
    — Все в порядке. Ты лучше пока отнеси в баню гостинцы.
    Алешку словно ударили по голове. Он повернулся и уставился на деревянное сооружение, освещаемое только лунным диском. Баня не была огорожена желтыми лентами, как показывают в кино, но это сейчас меньше всего волновало мальчика. Он пытался внушить себе, что россказни деда лишь выдумка. И ему это почти удалось. Но сейчас, глядя на запертую дверь, ему стало не по себе. Медленными шагами Алешка стал приближаться, крепко сжимая в руках хлеб и соль, оставляя позади неистовствующий курятник. Подойдя в плотную и ухватившись за ручку, мальчик почувствовал, как по спине побежал холодок. В эту секунду парнишка очень хотел, чтобы дверь оказалась заперта. Но, естественно, она без проблем распахнулась, приглашая, трясущегося ребенка, в гости.
    Со страху Алешка совсем забыл, что можно зажечь свет. Он лишь хотел убраться отсюда поскорее. В темноте мальчик различил очертания стола и шагнул вперед. Как попало, бросив на него два батона хлеба, он случайно выронил солонку, которая тут же закатилась под лавочку. Алешка упал на колени, ощущая как выступивший пот заливает глаза, и стал бешено водить руками по полу. Страх пронизывал все существо мальчика, как вирус, действие которого необратимо. Наконец пальцы нащупали искомое, и Алешка выпрямившись со скоростью света, с силой поставил солонку на стол, от чего тот зашатался. Не теряя ни минуты, мальчуган высыпал все содержимое на хлеб. Прямо перед глазами паренька прошмыгнула тень. Оторопевший мальчик провел несколько секунд в недоумении, но уже через мгновение, выскочил из бани как ошпаренный.
    Его уже встречал Максим, сдерживающий руками сопротивляющуюся черную курицу.
    — Надо торопиться, — сказал он, — пока твои родители нас не потеряли. Я буду держать курицу, а ты руби ей голову.
    — Я? — Алешка был готов к чему угодно, только не к должности палача.
    — Я не смогу. — Максим присел на корточки, и прижал курицу к траве. — Я очень боюсь крови.
    — Ты чего? Я пошел с тобой только за компанию, и не собираюсь никого убивать! Ты думаешь, я не боюсь крови?
    — Но кто-то из нас должен это сделать.

Оценка: 8.00 / 5       Ваша оценка: