Творчество поклонников

Сердце, где никто не живет

Добавлен
2007-12-28 03:38:20
Обращений
5704

© Валентин Мазуров "Сердце, где никто не живет"

    Здесь поработал аппарат для герметичности посуды, которые высасывает весь воздух, позволяя дольше сохранять продукты. Как Ленина в Мавзолее, хотя нет, там совсем другие технологии, просто пахнет так же.
    Стук.
    Памятник должен сойти с места, иначе каменные ноги навсегда приклеятся к порогу. Страх можно переделать в недостающий стимул – главное сила воли, желание и стойкость вашего мочевого пузыря. А иногда осознаешь, что стоять на месте опасно и надо постоянно двигаться, уж если ступил на дряхлый канатный мост над ущельем.
    Алевтина попыталась сделать первый шаг, но в купленные на лотке подземного перехода итальянские туфли кто-то загодя подлил цемент. В таких только на дно аквариума. Тогда она, не медля, расстегнула застежку и одним махом зашвырнула левый в сторону мертвого дивана, а правый к стенд-пепельнице, где обязательно хранится прах.
    Аля не шла, пространство двигалось на нее, как на резиновой дорожке международного аэропорта. Ей оставалось лишь стоять смирно и наблюдать за размытыми очертаниями мира вокруг, пока дорожка невидимого эскалатора не протащила ее мимо мраморных стен, сквозь холод и дыхание мертвецов. Под лестницей, возле декоративной грядки с кактусами, Алевтина заметила движение. Пушистая фигурка размером с мочалку прокралась за угол кухонной стены, вильнув хвостом. Возможно показалось. К счастью времени на тщательный анализ не было, ведь эскалатор понес ее вверх по ступенькам, туда – где ее ждали…
   
    6. Король крыс
    Цель вашего визита?
    Я, я…
    Дальше вход только для мертвых, вы готовы получить печать?
    Тук-тук! Это сердце, немедленно открой дверь, иначе я выбью ее ко всем чертям!!!
    Ты не написала мне herr address, я не смогу помочь тебе, Николь…
    Поможешь расчесать гриву, Буцефалу, будет правильно казать: он хочет с тобой познакомиться.
    Открой эту ДОЛБАННУЮ ДВЕРЬ?
    Цель визита?!
    «Я здесь, чтобы трахаться за деньги. Не выгонять злых духов и полтергейстов с этого проклятого места, а … молодая студентка скрасит досуг респектабельного мужчины, 200 баксов до и двести после, вместе с останками девочки в черном целлофановом пакете.
    Кислый пот попал в глаза, и они неприятно защипали, как от меткого попадания струей из водного пистолета. Когда моргаешь больно и, кажется, что веко подворачивается вовнутрь, раздражая роговицу до слез.
    Алевтина вернулась в реальность, в которой любые твои самые бешеные грезы, покажутся куда подлиннее, нежели происходящее на самом деле. Она стояла перед комнатой, путь в которую стелило кривое оранжевое полотно, сотканное из проекции пламени свечи. Что за порогом видно не было, для этого требовалось перейти рубеж в следующий уровень вакуума, скорей всего с соответствующим неприлично-чпокающим звуком. Лучи тусклого света преломлялись именно так, чтобы не портить мистический антураж, да и сама комната от входа увиливала вправо, ведь слева обозначала тупик стена.
    Приглушенно звучала мелодия на пианино. Сумасшедшая мелодия фрезеровщика, который с четырьмя пальцами на обеих руках пытался подражать классикам.
    Тук-Тук.
    - Проходите в комнату, девушка, - молодой голос, немного шепелявые слова.
    Жизнь. Была ли в его словах жизнь или только механическая начитка, какого-нибудь мега современного робота-переводчика? Без интонации, эмоций и наполнения.
    Сейчас как никогда хотелось ощущать рядом с собой Макса. С такими парнями не бывает страшно, за ними как за бетонным саркофагом. Он всегда знает, что сказать, дабы подбодрить и успокоить, как перевести страхи в шутку, а шутки в элегантные угрозы. Вишенка отдалась бы ему задарма, только бы он ее провел в говорящую молодым голосом комнату.
    Тем ни менее, Алевтина пошла. Каменный пол был теплым, со лба она смахнула капельки ледяного, как растаявшие снежинки, пота. Воображение издевается над ней и в черноте пространства второго этажа зашуршали сухие листья. Будто вдали, с противоположного конца зала идет по той же свечной дорожке ее близняшка-антипод с кожей цвета газового пламени, вот только под ней земля устеленной увядшими листьями.
    Канатный мост шатается.
    Интуиция забила тревогу, оповещая, что там нечто ужасное. Инстинкт самосохранения включил сигнализацию, которая пронзительной сиреной и красными лампочками предупреждала опасность. А ноги, высокие, стройные, с выразительной линией бедер, автономно топают к порожку.
    - Не бойтесь, я вас не обижу, - лучше бы не говорил молодой голос.
    Комната магнитом притягивала к себе тот мизер железа, который содержится в теле. Она могла проглотить и вернуть в мир цвета и миллионов оттенков, тут не требовалось показательных выступлений. Шуршание не прекращалось. Периодичность стука стала значительно реже.
    Рубеж переступлен, параллельно шагающий близнец Али сорвалась с криком вниз. Алевтина почувствовала. Дверной проем с причмокиванием проглотил очаровательную студентку в униформе шлюхи и выплюнул перед красной ширмой. Вместо слюны – липкий пот, вместо объяснений – черный силуэт за красной ширмой в кресле-качалке. Четко прорисованная тень, кто-то нарочно внес элемент эротических игр.
    - Здравствуй, как тебя зовут? – теперь голосу добавилось деспотизма, хотя улавливась некие знакомые нотки.
    - Вишенка, - далось как самое низкое из унижений.
    - Очень приятно. Тебе не жарко? Не хотела бы снять с себя лишнюю одежду?
    Алевтина слишком переживала, дабы успешно сдать экзамен в школу актерского мастерства, потому наспех расстегнула юбку, скатала колготки, сняла свитер и повесила на правую руку, как официант полотенце. На ней остался розовый лифчик и тонкое нижнее белье, через которое просвечивался лобок.
    Странная линия поведения – слепо выполнять любые приказы, но обстановка побуждала, а безволие ей подыгрывало.
    - Чудесно, - просмаковал Голос. – Теперь я хочу, чтобы ты сняла верх и подошла к ширме. Прижмись к ней так плотно, чтобы я мог ощутить твое тело.
    Вишенка разглядела в углу комнаты большую кровать, занимавшую едва не четверть комнаты и что-то вроде тележки с инструментами
    извращенец!
    Других мебельных аксессуаров не наблюдалось, кроме шторки скрывающей больного психа.
    - А куда одежду сложить? – постаралась возбужденно спросить Аля. То бишь скрыть дрожь в голосе за возбуждением.
    - Бросай на пол, он чистый.
    Спорить мочи не было, и Вишенка откинула вещи в сторону. Добавив к маленькой кучке одежды вскоре фирменную турецкую кофту и дорогой французский бюстгальтер второго размера. Она ожидала увидеть, как сердце вытягивает кожу и жаждет вырываться из грудной клетки, проступая хищными чертами монстра из-под карандаша Гигера… но напрасно.
    В комнате было жарко, но соски натопорщились двумя кнопочками
    вишенками
    от дуновения сквозняка в спину. «Оно и к лучшему, пусть думает, что я вся пылаю».
    С такими мыслями Алевтина подошла к ширме, ткань которой была достаточно эластичной, чтобы отпечатывать каждый изгиб ее тела, на которое в школе, дружно взявшись за руки, мастурбировал чуть ли не весь класс. Ее словно обволокли в тонкую тканевую пленку, которую, по сути, и не ощущаешь. Аля замерла в ожидании омерзительных прикосновений, хотя страх послужил неплохим анестетиком.
    Мысли две.
    Что я здесь делаю?
    Хм-м, девочка, миллионы людей задают себе этот вопрос, когда гребень волны закинул их на дно моря.
    На самом ли деле дыхание Извращенца
    взгляд непроизвольно падает на размытый темнотой силуэт тележки, ружьем театральной сцены стоявшей в дальнем углу.
    идентично шуршанию крысиных лапок и хоботков в Застенном Царстве?
    А сам он тебе никого не напоминает…
    Правая рука отобразилась в ширме точно скрюченная, подогнутая лапка, уменьшаясь в размерах, она становилась ближе. Здесь все наоборот, отдаляясь - приближаешься. Его голова извивается, как змея под мелодию флейты. Он улавливает аромат поживы. Страх жертвы. Шипение, словно кого-то прижигают клеймом, крысиная песня, в которой проскальзывают отчетливые слова:
    - Ты когда-нибудь любила?
    Что?!
    Подумай, девочка, от твоего ответа зависит, где ты завтра проснешься: под или над землей.
    Алевтина не могла говорить. Зажмурила глаза, вцепилась руками в подпорки ширмы и ждала. Слезы загустели и воском стекали по щекам.
    Но ничего не происходило. Король Крыс ждал ответа.
    Он отодвинул ширму, легко одолев сопротивление Али. Ее руки обвисли, как мертвая селедка, обнаженные ноги с ягодицами, покрывшимися россыпью мурашек-прыщей, подогнулись, словно у маленькой смущенной девочки.
    Сомнений отныне не было. Это он. Сутулый и истерзанный в потасовках за падаль, вылезший из самого вонючего и дремучего подземелья.
    Сколько света может пролить всего одна догорающая свеча.
    Гладкая, блестящая розовая морда с одним глазом-икринкой, посаженным в кратер прокаженной кожи и другим выпученным как у жабы. Хобот вырван с мясом и на его месте зарубцевался узелок с одним разрезом. Пасть – кривой шрам поверх разбухшего волдыря, вяленый подбородок слегка подкручен. Лапы – подогнутые, как у кенгуру, нежно розовые, цвета сырого мяса, словно кожу содрали совсем недавно. Кисти-культяпки лениво шевелились, будто он подогнул водночас все пальцы и пытался сейчас расправить их. Голова – лысая, пустыня с одним единственным, выпаленным солнцем пучком волос.
    На нем черная футболка с надписью белым шрифтом «Dum spiro, spero» , на коленях шерстяной плед, из-под него торчат смешные тапочки в виде мышиных голов.
    Смотреть больше не было сил. Свеча внезапно потухла, от сквозняка или догорев выяснять не приходилось.
    Тело девушки почти бесшумно обмякло на пол.
    Жужжит электродвигатель. По полу запрыгал резиновый шарик, внутри которого засел спайдер-мен.
   
   
    7. Служебный долг
    Алевтина проснулась в относительном спокойствии. Сердце угомонилось и перенесло бунт на другой день. Глаза слепила яркая иллюминация потолка. Срам, вроде как по ощущениям прикрывала одежда.
    - И все же, вы когда-нибудь любили? - голос из кошмара, но весьма доброжелательный. В конце концов, у Дьявола тоже есть обаяние. – Прежде чем откроете глаза, приготовьтесь, что не увидите кандидата в мистер Вселенная 2007. Прошлый раз впечатлительность стоила вам обморока, в этот может попросту вырвать.
    Световые круги перед глазами растворялись, и вскоре у кровати Аля увидела человека в инвалидном кресле с жутко изуродованным лицом. Вернее лица то и не было, его сорвали маской по живому, оставив лишь один выпученный, как шарик для пинг-понга глаз.
    - Скажите честно, вам представился на моем месте какой-нибудь из детских кошмаров? Бабай или червь-людоед? – такой знакомый голос.

Оценка: 8.00 / 8       Ваша оценка: