Творчество поклонников

Мотя

Добавлен
2005-10-14
Обращений
4440

© Евгений Волард "Мотя"

    Что он, сивушник какой-нибудь, чтобы с ним так?
    Сергей тяпнул остатки даже не потрудившись их хоть сколько-нибудь разбулыжить. Слюна есть — внутри разведётся, говорил он. Пошарил взглядом по кухне и, не найдя чем закусить, занюхал выпитое чахлым кактусом. Уколол себе нос. Как всегда немного не хватило, чтобы догнаться до кондиции.
    — Эй, Толян, бабло есть? — крикнул он. — В киоск сбегаю.
    Не получив ответа, Сергей прошёл в комнату.
    — Деньги, говорю, есть?
    Спиной к нему Анатолий что-то искал в кармане своих сушащихся на верёвке джинсов. Выудив маленький пакетик с красным драже таблеток, бросил его товарищу.
    — Это то, что я думаю? — не смея поверить, спросил Сергей и стал вскрывать пакетик.
    Оно! Вот это совсем другое дело! Теперь они в полном расчёте.
    Одну за одной он отправил в рот две таблетки, третью мечтательно перекатывал меж пальцами.
    — Передознёшься, — предупредил Анатолий.
    — Не зуди!
    Джинсы ещё не совсем просохли, но находится здесь он больше не мог. По дороге обсохнет — июнь на улице.
    Одеваясь, Анатолий бросил взгляд на подковообразный самодельный электромагнит. Да, от мозгов у Серёги ещё чего-то осталось. Смастерить такую штуку из подручного материала не каждый сможет. Правда с напряжением каждый раз проблемы были, но это уже следствие мощности, которая требовалась для достижения необходимого эффекта. И тяжёлая же штука была, килограмм тридцать! Раз поднять — не трудно. Но таскать магнит вверх-вниз по стремянке, прижимать к потолку и как-то его там перемещать (опять же для достижения необходимого эффекта), передвигать стремянку и повторять всё заново, при этом не имея понятия, достигают ли твои действия цели… Эх, лучше не вспоминать.
    Сырые джинсы вызвали в Анатолии новую волну брезгливого отвращения. Рубашка оказалась суше. Если бы в этом гадюшнике имелся утюг, он бы уже давно убрался отсюда. Но были материнские платы компьютеров, диоды и конденсаторы, кулеры и флоперы, а утюга не было.
    — Серёга, ты ещё здесь? — спросил Анатолий.
    — Отъезжаааю, — хихикнул тот. — Ту-ту-тууууу!
    — Конечная станция «Северное кладбище».
    — Чего?
    — Я говорю: медную обмотку с магнита в пункт приёма цветмета сдашь. Там не мало будет. Всё твоё. Понял?
    — Всёооооо моёооооо! Мой-ооооо!
    — В цветмет. Понял?
    — Пооооооняааааааал.
    — Повтори.
    — Пооооофтооооорииии.
    — Я вечером зайду.
    — Заааааай-заааааай-дууууу. Ту-ту-тууууу!
    Анатолий посмотрел на магнит. Нет, сейчас ему его не дотащить, и пункт приёма, наверное, ещё не работает. Вечером. На Серёгу положиться нельзя… Чёрт, не заболеть бы перед самой сессией.
    И всё же не зря! Не зря он надрывался, рискуя костями, три раза лазил с балкона третьего этажа на балкон четвёртого. Тополь, за который бабкина подруга воевала с ЖЭКом уже несколько лет, благополучно скрыл от посторонних глаз его опыты балконолазания. Первый раз он чуть не попался: только-только успел выдуть через соломинку на муке «МОТЯ», как в дверном замке повернулся бабкин ключ. Застань она его тогда и всё бы пропало. Он отлежался за диваном, за которым любил прятаться в детстве, чтобы шпионить за взрослыми. Когда бабка убежала к соседке, он спокойно выбрался из тесного убежища, сдул муку со стола на пол и исчез тем же способом, каким и попал в квартиру — через балкон.
    Они чуть не засыпались, когда их самопальный магнит обесточил подъезд. Серёга был уверен, что заметут. Пришлось его стограммировать. Бабкина подруга могла испортить всё дело, припёршись в самое неподходящее время. Ещё после визита самой бабули с её блинчиками у Серёги стали проявляться первые симптомы нервного перенапряжения, а тут эта карга с требованием «восстановить электроснабжение». Это был критический момент, но он, Анатолий, успел справиться с приступом паники товарища, применив несколько элементарных приёмов психотерапии.
    Во второй раз у него была пропасть времени, чтобы не спеша обставить сцену. С хрусталём он переборщил. В нём заговорило «чувство прекрасного» и он не сдержался (из-за того же «чувства прекрасного» он очень жалел, что в бабкином доме нет компаса — какой был бы эффект с безумно вращающейся стрелкой!). Впрочем, как видно, хрусталь ничего не испортил. Бабуля была уже подготовленным зрителем и восприняла всё «правильно». Интересно, до «Моти» из оставшихся после деда таблеток она добралась или эта его придумка оказалась лишней? Держалась она довольно долго: три часа с небольшими перерывами они с Серёгой возили тридцатикилограммовый магнит по потолку, прежде чем дождались первой реакции. А сколько они электроэнергии сожгли! Ну да это всё одно — Серёга со своим счётчиком в самых дружеских отношениях и тот ему никогда не накручивает больше полтинника в месяц.
    В очередной перерыв — это было уже после двенадцати — Анатолий предпринял третье восхождение на балкон четвёртого этажа. На этот раз ему нечего было опасаться быть замеченным, но усталость в руках после изнурительного таскания металлической болванки, ливень и холод обрекли его на трудности иного рода. Сорваться было проще простого и это почти произошло, но каким-то чудом ему удалось в последний момент ухватиться за ограду бабкиного балкона — у неё горел свет и было видно за что цепляться. Дальше, в прямом смысле, было дело техники. Всего-навсего идентичный пульт и новые батарейки, да очень кстати обнаруженные в телепрограмме «Зловещие мертвецы», а как задело за живое! Бабка, правда, заметила его на балконе, но к тому времени она уже ни черта не соображала.
    Он спустился. Они опять включили магнит, как выяснилось, на несколько последних минут.
    Бабулю смогли успокоить только санитары, а до этого пришлось сначала вызвать МЧС, чтобы взломать дверь, а потом выдержать схватку с разъярённой старушенцией, швыряющей в спасателей что ни попадя. Одного она поранила осколком стекла от серванта, другому прокусила руку…
    Анатолий вышел из подъезда и сразу свернул влево, чтобы пройти под окнами пятиэтажки и остаться незамеченным. У него было время заскочить домой переодеться и перекусить, потом надо было бежать в институт на экзамен. Он не волновался — психиатрия была его коньком. Можно сказать, он уже успешно её сдал.
    Анатолий улыбнулся себе, набрал на мобильнике номер.
    — Мам, думаю у меня теперь есть своя квартира… Да, всё получилось… Ложечку? Уронили… Потом расскажу… Я? Нормально… Устал. Спать хочу.

Оценка: 0.00 / 0       Ваша оценка: