Творчество поклонников

Словно Ангел

Добавлен
2008-07-10 17:38:30
Обращений
4638

© Олька Зинченко "Словно Ангел"

   
    -А я ведь ни разу в оперном театре не была, представляешь?
    С таким графиком Алина отлично себе это представляла, но сейчас интересовало ее другое.
    - Слушай, Тань, чье это платье, и почему вы его мерить даете? Ведь платье шьется, - Алина придала своему голосу утробных ноток, получилось очень похоже. - На вас индивидуально, то, что на манекенах не продается… На примерку вы не приходите…
    Обычно Алинина заинтересованность одобрялась. Обычно, но не в этот раз. Таня недовольно оглянулась, смерила Алину взглядом, словно что-то прикидывая.
    Тут, будто в ответ на Алинин вопрос, за их спинами раздался голос Розы Никитичны. «Все еще перед клиентами разливается». – Поняла Алла.
    - Но то платьице, мы скоро выдавать на руки будем. Просто модельки больше такой нету, так что, только для вас… За ним скоро девочка придет….
    - Да никто за ним не придет… - полушепотом сказала Таня. Видимо она хотела сказать это еще в начале разговора, но смолчала, поэтому ее голос надломился и теперь звучал, как скрип несмазанной двери. Получилось довольно зловеще. Если такое вообще возможно в ярко освещенном зале, среди этого белоснежного великолепия.
    - Почему? – Спросила Алина скорее, чтоб развеять возникшее, странное ощущение, нежели для чего-либо еще.
    - Да там история нехорошая случилась. Парень вроде как разбился, а невеста на себя руки наложила.
    - Как? – Услышанное не вязалось со всей этой праздничной атмосферой со свадебными бокалами на полке, украшенными бумажными цветами и лентами, с диадемами и ожерельями, переливающимися стразами под ярким светом. «Искусственным светом». - Поправила себя Алина. – «Искусственным, как и все здесь. Как бумажные цветы и стразы, и жемчужины в ожерельях. Как улыбка их хозяйки». Но больше всего, ужасало то, что две минуты назад эта хрупкая девушка примеряла на себя чужую, рухнувшую враз судьбу. Примеряла, не подозревая об этом. Возможно даже с восторгом.
    - Откуда я знаю как? – Голос Тани вернул ее в действительность. – Плачущая мать по телефону, знаешь ли, не слишком-то вдавалась в подробности.
    - Понятно, – Алина изо всех сил старалась не выдать своих чувств, но, видимо, безуспешно.
    - Если хочешь знать, – Таня воровато оглянулась, но хозяйка салона была занята, она исходилась на улыбку…
    «Искусственную улыбку»-подсказал Алинин внутренний голос.
    Исходилась, на искусственную улыбку – То мне это не нравится. Совсем не нравится. Но что поделать?
    «Да уж». – Подумала Алина. Платье, даже завернутое в кулек, было ослепительно, да и кто добровольно откажется от полторы тысячи долларов.
    - К тому же, - добавила Таня, словно оправдываясь. – Это всего лишь платье.
   
    - Когда клиент еще не определился, лучше не мешаться, – наставляла Таня, подталкивая Алину к ширме, отделяющей зал от коридорчика ведущего к мастерской. – Мы будем слушать отсюда.
    «Отсюда, так отсюда». К тому же зеркальная стена напротив, предоставляла ей возможность, наблюдать за всем, что происходит в зале.
    А полюбоваться там было на что. В зал, с необычайной энергичностью для ее габаритов, ворвалась девушка, за ней, не уступая ей в размерах, семенила ее мать. Колонну замыкала Роза Никитична. «Просто семейство моржей». – Пришло Алине в голову, и услужливая фантазия тут же нарисовала эту троицу, развалившуюся на льдине. Внутренний взор избрал ту, что могла быть Розой Никитичной, накинул ей пару десятков кило, и льдина медленно, но уверенно стала погружаться под воду. Алина едва сдержала смех.
    «Да что со мной такое?» - Алина поглядела на Таню, но та была целиком поглощена действом в выставочном зале и ничего не заметила. – «Чертовы нервы».
    - Вы невеста? – Спросила хозяйка салона у девушки.
    - Нет, жених, – прошептала Таня, тут Алине пришлось взять всю волю в кулак, при этом больно укусив себя за губу.
    - Нам на выпускной надо, – дочь опередила мать. Та посмотрела на нее с необыкновенной нежностью. – Хочу большое и пышное.
    - Сейчас придется туго, - прокомментировала Таня.
    - В буквальном смысле, – добавила Алина.
    - Давайте начнем с этого, – Роза Никитична пухлой рукой указала на ближайший манекен. Алина тут же поспешила к нему.
    Расшнуровать его удалось за несколько секунд, и Алина от души себя поздравила с этим. Сдернув платье с манекена, она поспешила к девушке. Та уже сняла блузку, из которой швея Света могла бы, при желании, скроить еще одно платье, и стояла в свете ламп даже не удосужившись прикрыться. Хотя стоило бы.
    За эти три дня Алине пришлось повидать столько женских грудей, сколько она не видела за всю жизнь, притом, что четыре года занималась в бассейне, со смежными душевыми. Но это…
    Грудь заканчивалась примерно там, где начиналась, все остальное приходилось на большой, коричневый сосок, а остального этого было немало. «Может, она никогда не видела, как должно быть?» - Задалась Алина вопросом, натягивая на нее платье. Оно натягивалось с трудом – на улице было жарко, и тело девушки просто лоснилось, от выступившего пота. Когда она подняла руки, чтобы нырнуть в платье, Алла заметила густую растительность под мышками. « Боже, меня сейчас стошнит». – С ужасом подумала она.
    Тут на помощь пришла Таня. Они вместе принялись шнуровать.
    -Туже, – донеслось сзади.
    - Туже, – почти с восторгом повторила «леди – грудь 2008». Видимо они с Розой Никитичной испытывали взаимную симпатию.
    «Если я сейчас затяну туже, - с ужасом подумала Алина, - то это лоснящееся тело, выстрелит из платья, как пробка из бутылки шампанского».
    - Замечательно. Ты у меня просто красавица! – Как ни странно, мать действительно верила в то, что говорила.
    - Мне не нравится, – заявила девочка.
    - Тогда примерим следующее? – Предложила Таня.
    На плечиках и стульях высилась целая гора платьев, которые тоже не пришлись по душе, когда Роза Никитична, слегка подрастеряв наигранную приветливость, сказала:
    - Как ее зовут?
    - Алина, – «Как и пять минут назад. Если что-то изменится, я вам тут же доложу».
    - Именно. Принеси-ка, там платье, в пакете, к нему фамилия приколота…
    Дальше она могла не продолжать, Алина сразу поняла, о чем идет речь.
    Платье, завернутое в целлофановый саван, лежало, где его оставили с последней примерки – на мраморной подножке, за манекенами в конце зала.
    - А если оно приглянется? – Спросила тогда Алина, подозревая, что ответ скорее всего не придется ей по душе.
    - Тогда его подгонят на девочку, – с неохотой ответила Таня.
    Она взглянула на неясные очертания за слоем клеенки, и почему-то вспомнила случай из детства.
    До того, как перебраться в «спальный» район на окраине, они жили почти в центре, рядом располагался студ. городок. Там было здорово: ни тебе бабушек на лавочке («санитарок природы», вот как их называла Алина мать), ни зимних прогулок по улице к баку с мусорным ведром. Там уже изобрели такую классную штуку, как мусоропровод.
    Как-то по весне, когда только-только начал сходить снег, возле стройки, что находилась напротив Алининого дома, обнаружили куски тела, завернутые в целлофановый пакет.
    До приезда милиции, которая не очень то торопилась, на находку успело полюбоваться пол района. В том числе и Алина с подругой.
    «Людям свойственно любопытство, – так объясняла тот нездоровый интерес Алина, когда стала старше – А может, где-то в глубине каждого из нас, живет понимание, что подобное вполне может произойти с ним самим».
    Алине с подругой удалось протолкнуться к центру. Удивительно, сколько пришло людей, и, что еще удивительнее, ни кто так и не воскликнул: « Уберите детей! Что, черт возьми, здесь делают дети!»
    Они увидели кулек, лежащий в лужице растаявшего снега. Кто-то, видимо обнаруживший его, чуть развернул целлофан, обнажив что-то гладкое и до ужаса белое.
    «Вот оно как». – С немалой долей разочарования подумала Алина. Она-то ожидала увидеть кровь. Но крови не было.
    Тогда она не могла отделаться от чувства, будто ее обманули, и, еще детским умом (скорее, даже интуитивно), понимала, что большинство из пришедших испытывают то же самое. «Возможно, они пришли за подтверждением, что сегодня не их черед. Может, именно это привлекает людей в созерцании чужой смерти?»
    Это платье, завернутое в целлофан, напомнило ей другой сверток, из далекого детства.
    - Ты не уснула, красавица?
    -Иду, – Алина взялась за кулек. Полежав на мраморной подножке, он неприятно холодил пальцы, и Алина поймала себя на мысли, что тот, другой, на ощупь вряд ли сильно отличался.
    «Успокойся, - одернула она себя – что со мной, в конце концов. Это всего лишь чертово платье, а не демон во плоти».
    Она отлично это понимала, и все же немалая часть ее сознания испытывала отвращение, затягивая шнуровку корсета на лоснящейся от пота спине будущей выпускницы.
    Алина почти справилась, приловчившись попадать в петельки не глядя, другой рукой стягивая корсет на талии. Странно, но платье пришлось впору.
    «Как и предыдущей девочке. Той, совсем худенькой». – Странно, почти лукаво, шепнул внутренний голос.
    Алина продолжила шнуровать не сразу вникнув в смысл сказанного, ожидая какого-то разумного объяснения. Но его не было.
    «Разумное объяснение. – Усмехнулся внутренний голос. – Просто это платье покойницы, которое подходит любой девушке, желающей его примерить. Возможно, я конечно не ручаюсь, но возможно, оно просто ищет новую жертву. Как тебе такое объяснение?»
    Заявление - безусловно было абсурдным, но почему-то Алина почувствовала слабость в руках. Шнурок проскользнул между ставшими неуклюжими пальцами. Не затянутая шнуровка под весом платья разошлась, и платье пеной кружев скользнуло вниз, к толстым щиколоткам.
    - Если руки растут не из плеч, значит это ноги, – констатировала Роза Никитична. – Уйди с глаз долой. Таня! Хватит отдыхать, за работу!
   
    - Да все в порядке, – говорила Таня. – Ты всего лишь третий день стажируешься. Знаешь какой у нее девиз? – Она кивнула в сторону зала.
    - Знаю: «Я доведу всех вас до ручки». – Ответила Алина, и Таня рассмеялась, продемонстрировав щербинку в зубе.
    - Нет, вообще то: «До предела, а потом еще чуть-чуть». Но в этот раз копировать ее голос у тебя вышло лучше. Видишь, ты все же делаешь успехи.
    - Ага, - теперь улыбалась и Алина. – Именно этот факт мы и приведем, когда встанет вопрос о моей дальнейшей работе здесь.
    -Ну чего ты, я замолвлю словечко.
    - Спасибо, – сказала Алина, очень сомневаясь, что Танино словечко будет иметь какое либо значение.
    Словно в наказание за проступок, из недр колонок излилась очередная порция музыкальной истерики.
    В мастерской раздалось жужжание, означающее, что кто-то вошел в зал с улицы.

Оценка: 6.00 / 4       Ваша оценка: