• 01spp.ru

    Ремонт печатных цилиндров технология ремонт цилиндров печатных 01spp.ru.

    www.01spp.ru


Творчество поклонников

Бабки

Добавлен
2008-09-25 23:38:42
Обращений
4086

© Иннокентий Соколов "Бабки"

   Провожали Худякову Оксану на пенсию всей работой. Пашка-программист приволок огромный букет ромашек, юристы ограничились тремя розами в цветном полиэтилене. Девочки из бухгалтерии торжественно вручили бутыль вина, перевязанную лентами. Шеф, отлучившись до обеда, вернулся с шикарным букетом орхидей и неправдоподобно огромной коробкой конфет.
    Стол накрыли в конференц-зале. Девчонки, щебеча, резали салаты, парни крутились тут же, пытаясь ухватить со стола.
    Оксана нервно носилась по кабинетам, принимая поздравления. Сотрудники растягивали рты, но все улыбки казались резиновыми, ненастоящими.
    - А годы-то, годы… Свое берут! – Казалось, со значением говорили чересчур напряженные лица сослуживиц.
    Худякова старалась не обращать внимания. В пятьдесят пять жизнь только начинается – в уборной Оксана долго рассматривала себя в зеркале. Тетка как тетка, вполне даже симпатичная, вот только морщинки у глаз, да кожа шеи чуть дрябловата, а так еще вполне… Когда Худякова шла на высоченных тонких шпильках, сверкая нейлоном колготок, вся мужская часть невольно оборачивалась, давилась бутербродами и вожделенно ласкала взглядом изящность щиколоток, округлость коленок и приятную линию бедер.
    Даже шеф, уж, на что примерный семьянин, и тот отдавал должное – пару раз в том самом конференц-зале, да еще разок в кабинете. Худякова не думала о плохом, принимая правила игры – что-что, а увядать раньше срока не хотелось, и все эти забавы носили скорее сакральный смысл, хотя Оксана не раз ловила себя на мысли, что все чаще и чаще охота просто поваляться в кресле, не думая обо всех этих женских ухищрениях в наивных попытках оттянуть старость.
    Сотрудники собрались на удивление быстро.
    - Дорогая наша Оксана Сергеевна – начал, было, шеф, но тут же сбился. Называть Худякову по имени-отчеству оказалось делом непривычным. Даже с молодежью Оксана была всегда на «ты» и не признавала фамильярности. – В общем, от лица коллектива, хотелось бы…
    Дальше она не слушала, думая только об одном. Это последний день на работе, еще каких-нибудь полчаса, и окончится рабочий день, а там, прощай молодость.
    С торжественной частью покончили быстро. Выпили, закусили, поговорили о том, о сем. Как-то само получилось, что Худякова оказалась в меньшинстве – сотрудники столпились поодаль, как бы всем видом показывая – ничего личного Оксана Сергеевна, но работа понимаешь, и все такое. А потом и вовсе рассосались по кабинетам. Шеф ушел одним из первых, пожав на прощание руку.
    Худякова стояла одна в пустом зале, скрестив руки. Вздохнула, окинув взглядом помещение, задумалась.
    Как же не хотелось покидать привычную суету. Работа давала смысл, заставляла чувствовать себя моложе. И кто знает, что будет впереди – наверняка бесконечные серые дни, похожие один на другой…
    - Кх, кх.
    Из коридора кашлянул кадровик Семеныч, по слухам бывший особист. Поманил пальцем.
    - Что, уже? – Очнулась Оксана.
    Вместо ответа Семеныч вздохнул. Постоял, проникаясь серьезностью момента.
    - Идем голуба, идем…
    Худякова уныло опустила голову, и пошла за кадровиком.
    Они прошли мимо рабочих кабинетов, юркнули в неприметную серую дверь, спустились в подвальную часть. Здесь была вотчина Семеныча.
    Зашли в узкий кабинетик. Усевшись за столом, Семеныч кивнул на старый покосившийся стул. Худякова покорно присела.
    - Тэкс… - Деловито пробормотал Семеныч. – Чичас все устроим в лучшем виде.
    Из недр сейфа, старик вытянул трудовую книгу, личное дело и коробок из-под обуви.
    - Значится… Худякова Оксана Сергеевна, ну что – позвольте, так сказать, еще раз поздравить с выходом на заслуженный, так сказать отдых, и значится…
    Оксана Сергеевна вздохнула.
    - Вот обходной – неуверенно протянула бумажку.
    Семеныч не глядя, забрал обходной лист, что-то черканул в личном деле, протянул Худяковой.
    - Вот туточки распишись, и вот здесь тоже…
    Оксана подписала. Семеныч открыл коробку. В ней оказались штемпельная подушка в синем пластмассовом футляре и круглая печать, с деревянной ручкой. Зачем-то подышав на печать, старик пропечатал документы.
    - Тэкс, обходной подошьем в личное дело, трудовая остается тоже у меня. Тебе Худякова другой документ – Семеныч протянул серую книжицу.
    Дрогнувшей рукой, Худякова забрала пенсионное удостоверение.
    Семеныч спрятал документы и коробку обратно в сейф.
    - Идем дальше.
    Они вышли из кабинета через другую дверь. Пол в подвале оказался неровным, Оксана Сергеевна пару раз споткнулась, едва не сломав каблук.
    - Ничего голуба, чичас все устроим… - Семеныч придержал Худякову за локоток.
    Они вошли в раздевалку. Из проржавевшего железного ящика, кадровик вытащил огромный тюк.
    - Вот, Сергеевна, принимай обновку – хохотнул старик.
    - Ты бы вышел, старый черт… - Беззлобно ответила Худякова.
    - Тьфу ты – сплюнул Семеныч. – Чиво б я там не видел. Или у тебя Сергеевна все не как у баб устроено?
    В раздевалке было холодно и сыро. Худякова расстегнула пуговицы блузки.
    - Сюда давай. – Семеныч протянул жилистую руку.
    Оксана покорно отдала блузу. Импортная вещица, за которую пришлось отвалить четверть аванса перекочевала в железный шкаф. Туда же отправились босоножки с умопомрачительным каблуком и кожаная мини-юбка.
    Дрожа от холода, Худякова расстегнула бюстгальтер, спустила бретельки.
    - Быстрее давай, Сергеевна. Не томи душу.
    Худякова стянула колготки – под нейлоном показались отекшие ноги с синими прожилками вен. Оставшись в трусиках, Худякова умоляюще поглядела на старика.
    - Ишь бесстыдница! – Рассердился Семеныч. – Сымай, это безобразие, кому говорю!
    И только собрав всю одежду, старик брезгливо затолкал вещи в шкаф, и закрыл скрипучую дверку.
    - Ну, чего стоишь? Одевайся, Сергеевна. Некогда мне с тобой тут время терять.
    Худякова развернула тюк. От одежды пахло сыростью подвала. Из вороха тряпок, Оксана Сергеевна выудила сиреневые репетузы. Повертела так и этак. Боже, какой ужас.
    - Да уж, не те ниточки в заднице – прокомментировал находку Семеныч.
    Оксана натянула репетузы. А впрочем, даже и ничего…
    За репетузами последовал желтоватый бюстгальтер с огромными чашами. Как ни странно бюстгальтер пришелся впору. Или это грудь так провисла от старости? Раньше Худякова не задумывалась о плохом, теперь же волей неволей приходилось постигать все на собственном опыте.
    Так, что дальше? На ноги теплые шерстяные колготы, сверху вязаные носки. Цветастая юбка ниже колен. Вместо босоножек на шпильке – мягкие, похожие на домашние, тапочки, с задниками. Непонятного цвета кофта, с заплатками на локтях.
    - Ну, как Сергеевна? – С сочувствием спросил Семеныч.
    Худякова не ответила. Надела серое драповое пальто. Вроде нормально – удобно, да и тепло. И последний штрих – серый же платок. Оксана Сергеевна попробовала завязать – для первого раза получилось неплохо.
    Семеныч критически обошел вокруг. Вытянул большой палец:
    - Во! Только накось еще…
    Старик протянул очки. Худякова подслеповато щурилась, пытаясь рассмотреть что-либо вокруг.
    - Ничего голуба. Со временем привыкнут глаза-то. Ну, давай, Сергеевна, давай милая…
    Старик открыл неприметную дверь. Оксана Сергеевна вышла черным ходом. Прошлась, ощущая внезапную тяжесть в ногах.
    - Эй, Сергеевна, погодь… - Семеныч выбежал вслед. – На…
    Всунул в руки деревянную трость.
    - Все ж легче будет. Ты того, Сергеевна, не забывай, заходи если что…
    - И тебе Семеныч не болеть.
    Худякова зашла за угол. Остановилась. До дома было рукой подать, вот только ноги разболелись, да что-то кольнуло в груди.
    Оксана Сергеевна, не спеша, потопала дальше. Прошла две остановки, пару раз останавливаясь передохнуть. Вошла в свой двор.
    У подъезда на лавочке о чем-то ворковали две старухи. Оксана Сергеевна подошла ближе.
    - Добрый вечер, бабоньки. – Неожиданно для самой себя прошамкала Худякова.
    Старухи подозрительно смотрели на незнакомку. Внезапно лицо одной, с первого этажа разгладилось, и расплылось в довольной улыбке.
    - Тьфу ты, Сергеевна. Не узнала, богатой будешь…
    Старуха повернулась к товарке.
    - Это же Худякова с восемьдесят четвертой квартиры.
    - А Оксаночка, здравствуй дорогая. Да ты не стой, присаживайся. Болят-то ноги, поди?
    - Да, Сергеевна, садись рядышком…
    Худякова втиснула грузное тело между соседками, и уставилась неподвижным взглядом. Какой-то парнишка с букетом цветов нырнул в подъезд. Было слышно, как он поднимается вверх, перепрыгивая через ступени.
    - А это кто такой? – В очках было не разобрать, и Худякова повернула голову к соседке.
    - А шут его знает. К Ленке с пятого этажа побежал. Хахаль очередной… Ходят тут, всякие.
    - Ох, и не говори, Ивановна – вздохнула Оксана Сергеевна и завязала потуже ситцевый платок.

Оценка: 8.17 / 6       Ваша оценка: