Творчество поклонников

Мир в ее сердце

Добавлен
2009-01-31 10:31:02
Обращений
5317

© Иннокентий Соколов "Мир в ее сердце"

    Веселье, царившее внутри было…
    (Безумным, бескрайним и безграничным!)
    настоящим настолько, насколько были настоящими звуки джаза. Хриплый голос труб придавал этому веселью неповторимый вкус.
    Дэннис шагнул навстречу ветру. И в этот миг отворились двери отеля, и веселье, что томилось внутри, просачиваясь сквозь неплотно закрытые окна, вырвалось наружу, сметая все на пути, чтобы захлестнуть волной, накрыть с головой и схлынуть, оставив на волосах разноцветные кружочки конфетти и неясное томление в груди.
    А еще он услышал голос. Он доносился из стен отеля, словно тот пытался разговаривать с ним.
    - Иди сюда, малыш. В место, где меняются судьбы…
    Ночь вспыхнула тысячей фейерверков, и накрыла его, обволокла тишиной.
    Дэннис рухнул на землю, как раз тогда, когда Шелли Брукс возвращалась к машине, чтобы сообщить приятную новость.
    Они останутся здесь на некоторое время.
    (Чтобы разобраться…)
    Дня два, три… Не больше.
   
    ***
   
    Забегая вперед, можно утверждать, что Шелли Брукс ошиблась. Они пробыли в отеле гораздо дольше.
    Короткий путь от стоянки до вестибюля отеля, Дэннис проделал, находясь между явью и сном – мир вроде бы вернулся на место, но не до конца. Здесь все было по-другому. Словно в пазы набилась разная дрянь, и теперь мешала встать кусочкам реальности на свои места. Первое, что он различил, едва разлепил глаза – склонившееся над ним лицо Шелли.
    (Старушка чуть не врезала дуба, когда обнаружила тебя валяющимся у открытой двери машины. Тормошила тебя, как какого-то гребаного пьянчугу – ты и вправду напугал миссис Брукс. Ты уж побереги себя, дружок. Негоже заставлять волноваться старую леди – поверь, не стоит…)
    Дэннис приподнялся, пытаясь сообразить, что произошло.
    - Эй, что с тобой? Тебе плохо? Что случилось? – Вопросы сыпались из нее один за другим, и на мгновение Дэннису захотелось ударить ее.
    (Врезать так, чтобы с ее лица слетело это озабоченное выражение!)
    - Все в порядке, детка… - Прохрипел он. Слишком много вопросов – на все, пожалуй (и это святая правда) не найдется ответов.
    Было ли все в порядке на самом деле, кто знает?
    Шелли помогла ему приподняться, и они кое-как доковыляли до входа.
    В вестибюле было довольно прохладно. Из небольшого приемника в холле играла Зеппелиновская «Лестница в небеса». Дэннису она показалась несколько неуместной здесь. Отелю скорее подошло что-нибудь джазовое (как той ночью, когда срываются маски и во все стороны летит серпантин вперемешку с конфетти), или на крайний случай немного соула. Скажем Марвин Гей или что-нибудь из Эла Грина.
    Хотя Дэннису и не нравилось старье, он не мог не признать, что отель давил своей атмосферой. Как будто его перенесли из прошлого – годков этак пятьдесят назад. Старые стены законсервировали время, и оно пыталось вырваться наружу, чтобы вернуть все назад, как было раньше, когда до войны еще целая вечность, и мир кажется проще и чище.
    (А еще там есть зала, обитая красным бархатом, а в углу стоят огромные часы из черного дерева!)
    - Наш номер на втором этаже, правда, прелестно? – Промурлыкала Шелли, и Дэннис кивнул, заранее понимая, что она имеет в виду.
    Подъехал лифт. Огромная дребезжащая коробка, пусть и украшенная бронзовыми завитушками. Они ступили с опаской – кабина лифта просела на четверть фута, но даже этого было достаточным, чтобы в голову хлынули образы рвущихся тросов и разлетающихся искр аварийного тормоза. Тем не менее, обошлось. Лифтер – неунывающий парнишка лет шестнадцати (чуть ли не ровесник ЕЕ Дэнниса!) доставил их на второй этаж. При желании можно было бы взойти по высоким ступеням, но Дэннис так плохо выглядел, что для Шелли всякая мысль подниматься по лестнице казалась кощунственной.
    Номер «217» – Шелли открыла дверь. Все как положено. Большая просторная комната, широкая двуспальная кровать (Шелли помимо воли ухмыльнулась), слева дверь в ванную. На всю высоту двери, приделано огромное зеркало, если стать чуть в стороне, можно увидеть только комнату и больше ничего.
    (А ведь тебе не хотелось бы любоваться собственным отражением, не так ли?)
    Может так, а может… не так.
    Шелли буквально вволокла Дэнниса в номер. Затащила на кровать. Он уселся с краю, пытаясь сфокусировать взгляд.
    (Словно наркоман, таких много у заправок вдоль дороги, Шелли!)
    Лифтер, носильщик, и даже портье – каждому нашлось утешение. Звонкая мелочь покидала кожаный кошелек миссис Брукс.
    Она закрыла дверь, отгородившись от длинного коридора, в котором остались широкий ковер, сверкающий латунью наконечник огнетушителя (отчего-то Шелли он показался похожим на пасть питона), и широкая до ушей, как у Чеширского кота – стоит закрыть дверь, и она начнет меркнуть в сумраке, улыбка коридорного.
    На полу был постелен мягкий ворсистый ковер. Он ласкал ступни приятной теплотой. Шелли улыбнулась.
    Дэннис смотрел сумрачно из-подо лба, словно видел ее впервые.
    - Привет – проворковала она.
    Мальчишка не ответил. Он чуть покачивался сидя на краешке кровати. На миг Шелли стало не по себе.
    Чего ей просто не хватало, так это ненужных проблем. И быть может только сейчас, Шелли пришло в голову, что не все так просто, как казалось тогда, когда ветер дороги ворошил прическу, а в приемнике пела Лори Либерман.
    (Он нежно убивает меня своим настроением, ребята, о, это так на самом деле…)
    Все так – Шелли подпевала как могла, но, в самом деле, парнишка уставился на нее словно увидел призрака.
    Шелли положила руку ему на плечо.
    - Эй? – Нежно позвала она.
    И быть может, именно прикосновение возымело нужный эффект – Дэннис отвел взгляд от невидимой точки на обоях, и, наконец, соизволил заметить ее.
    Шелли Брукс расстегнула пуговицы, стащила блузку. Не то чтобы она видела интерес в его глазах, с нее достаточно было того, что из взгляда парня ушло напряжение. Словно что-то плохое покинуло его мысли.
    (И это уже неплохо, милая – маленькими шажками можно забраться так далеко, как и не снилось глупеньким избалованным стервам вроде тебя, Шелли!)
    Миссис Брукс стащила короткую юбку, оставшись в нижнем белье.
    - А теперь сделай меня немного счастливее – томно прошептала она, и потянулась рукой к выключателю.
   
    ***
   
    В номере было темно. Дэннис развалился на широкой кровати. Шелли Брукс прижалась к нему, тихонько посапывая на его руке.
    (И это твоя женщина, как ни крути, малыш!)
    Он проснулся среди ночи, и некоторое время лежал без движения, вслушиваясь в темноту. Получалось не очень – мысли были где-то далеко, а еще Дэннис чувствовал странную усталость – словно он сделал что-то такое, чего не стоило делать ни в коем случае, и теперь маялся от звенящей пустоты, что сопровождала все нехорошие поступки.
    Ему было не по себе.
    Придорожные мотели – все они были похожи друг на друга; обезличенные стены видали многое, но это место вызывало оторопь. Дэннис не привык к такой шикарной обстановке. Не сильно скрипучая кровать, холодильник с пивом да телевизор – большего и желать не стоит. Здесь же все было по-другому. Обстановка давила на нервы – показная роскошь, словно кто-то взял да и вытащил на божий свет дешевое, позолоченное старье, которому самое место где-нибудь на чердаке.
    «Оверлук» казался престарелой модницей, что проводила дни у зеркала, пытаясь убедить саму себя, что все еще впереди, и морщинки на лице, так же как и седые волоски, лишь несущественные мелочи; обращать на них внимание – пустые хлопоты.
    Дэннис вздохнул. Спать не хотелось. За окнами спала июльская ночь, но если не отвлекаться, можно было услышать ее дыхание.
    Четвертое июля он встретил в Нью-Арке. В городке было полно черных и, пересекая пешком туннель Линкольна, Дэннис в который раз пожалел о том, что у него нет машины.
    На выезде из города, его подобрал пожилой техасец. Всю дорогу до Трентона, Дэннис молча смотрел в окно, даже не пытаясь перебить старика. Городок оказался так себе. Единственное, что здесь вроде пару лет назад арестовали Синатру; больше ничего такого особенного, не считая, конечно знакомства с Шелли Брукс.
    Серебристый «Порш» пронесся мимо Дэнниса, и тот запоздало подумал о том, что неплохо было бы в таком прокатиться. Не зная, зачем он махнул рукой вслед. Удаляясь «Порш» превратился в чуть заметную точку и скрылся за поворотом, а четверть часа спустя, Дэннис увидел машину, стоящей на обочине.
    Дамочка за рулем открыла дверь и курила, откинувшись на сиденье. Дэннис заметил блеск бриллиантов на ее руках. Подходя к машине, Дэннис даже не догадывался, что уже вечером богатая миссис будет стонать под ним, оставляя царапины на спине. И уж тем более не знал, что окажется в Колорадо, в отеле, где вершатся судьбы.
    Последняя мысль показалась удивительно странной, но Дэннис не стал задумываться о причинах. Засыпая, он улыбнулся, отчего лицо его стало по-детски беспомощным.
    Ночь за окном спала вместе с ними, и только отель прислушивался к здоровому ровному дыханию Дэнниса.
    Все еще впереди, парень.
    Все впереди…
   
    ***
   
    - И я говорю – истинный друг, это тот, кто не мешает твоей свободе. Главное ведь что? Быть собой, малыш, вот как, чувствовать …ну ты понимаешь. Тебе всегда хорошо рядом с ним.
    Джим выпил виски и поставил на стойку пустой стакан.
    - Но самое главное – не позволяй никому любить тебя таким, каким ты кажешься. Это притворство, обман. Иногда люди привыкают к такому, одевают маски, и они врастают, да так, что и не снять потом. Сечешь?
    Дэннис обалдело кивнул. Черт возьми, это сон, не иначе. Он сидит за барной стойкой, перед ним бутылка «Олимпии» а рядом примостился сам Джим Мориссон, собственной персоной.
    Шелли осталась в номере, и Дэннис от нечего делать спустился на первый этаж, в бар «Колорадо». В динамиках приемника (огромный, блестящий лаком, настоящий «Скотт Филармоник» стоял у стойки; посетители бара с уважением рассматривали дорогостоящую игрушку) играла «Богемская рапсодия» и Дэннис решил присесть у барной стойки, пока не объявится Шелли.
    - Люди любят свои цепи. Они забывают о том, каким были, а когда ты пытаешься напомнить – начинают тебя ненавидеть за это, потому как думают, что ты хочешь украсть у них самое драгоценное, содрать маски.
    Дэннис моргнул.
    Парой минут назад, Джим возник откуда-то сзади, и плюхнулся на соседний стул. Дэннис не сразу узнал его. Нет, он конечно много раз видел его на плакатах, но сейчас просто отказывался верить своим глазам. Здесь, в этом отеле…
    Заметив интерес в его глазах, Джим протянул руку.
    - Здорово, парень…
    Дэннис пожал холодную ладонь Мориссона.

Оценка: 9.00 / 3       Ваша оценка: