Творчество поклонников

Дом Дождя

Добавлен
2013-12-18 08:56:40
Обращений
4914

© Иннокентий Соколов "Дом Дождя"

    Сегодня дом принял вид трехэтажного здания, с подвалом, винтовой лестницей, ведущей на крышу, а значит скоро придет старик, и Эрика будет следовать за ним невидимым привидением, содрогаясь от мерзости и страха.
    Старик делает нехорошие вещи, он приводит детей в потайную комнату на втором этаже. Слушая их крики Эрика зажимала уши, наполняясь отчаянной звериной яростью, но теперь, по прошествии стольких дней, проведенных в доме, только замирает каждый раз, когда хриплый крик боли переходит в судорожные захлебывающиеся звуки. Маленькие скрючившиеся тельца старик уносит в подвал, чтобы сжечь в огромной старинной газовой печи. Пламя гудит в форсунках из бронзы, унося все плохое через огромную каменную трубу, но и того, что остается, достаточно, чтобы считать Дом Дождя ужасным местом, в котором не следует находиться. Кроме старика есть и другие обитатели, все зависит только от желания самого дома пребывать в том или ином качестве.
    Внизу, в холле, большие напольные часы, когда старик уходит, Эрика может часами стоять рядом с ними, вслушиваясь в мерное тиканье, большие золоченные стрелки показывают время, которое не имеет никакого значения в этих проклятых стенах, но она даже не думает о происходящем, завороженная движением блестящего маятника, что совершает движения, взад-вперед, взад-вперед...
    - Ты опять видела дом? - Генри перестроил машину в крайний левый ряд, и теперь сосредоточенно посматривает на дорогу, время от времени переводя взгляд на сидящую рядом Эрику.
    - Нет.
    Генри, стискивает зубы. Иногда его поведение пугает. Особенно если настроение Генри вдруг резко меняется, как будто посреди теплого погожего денька на небо надвинулась черная туча, и сверху начинает лить и грохотать.
    - Видела - Генри упрямо мотает головой, и вдавливает педаль газа. Синяя "Хонда" вырывается вперед, обгоняя серый универсал. Ее мужчина за рулем словно пилот самолета - весь во внимании, но даже повернувшись к ней, не перестает контролировать ситуацию на дороге.
    - Куда мы едем? - Эрике неприятен этот разговор, и она старается перевести его на другую тему. Генри на миг отвлекается, и она чувствует некоторое удовлетворение от того, что небольшая хитрость удалась.
    Генри пристально смотрит на дорогу, и нехотя начинает объяснять:
    - Прокатимся кое-куда. Нужно будет присмотреть за домом одного клиента. Точно не знаю, но возможно получится заработать немного деньжат. Пока еще рано говорить.
    - Что там?
    - Говорю тебе не знаю толком. Клиент тот еще жук...
    Они мчат по шоссе, обгоняя попутные автомобили, иногда Генри резко выворачивает руль, возвращая "Хонду" в правый ряд, но чаще они мчат по полосе обгона, там где нет сплошной разметки. Эрика отстранено слушает, погружаясь в дремоту; манера Генри водить машину - сущий кошмар, ее всегда укачивает, когда муж за рулем. Она обдумывает его слова, не насчет Дома, нет, куда больше ее интересуют новые дела Генри, у него нюх на всякое такое, хотя надо отдать должное, иногда он способен заглянуть в голову, чтобы как следует покопаться в чужих мыслях. Иногда Эрика пытается понять, о чем он думает в тот или иной момент, но похоже Генри и сам толком не знает, что творится у него самого в голове, во всяком случае сейчас он вновь бросает старушку "Хонду" в освободившийся ряд, готовясь съехать на объездное шоссе, не обращая внимания на возмущенный сигнал водителя черного "Шевроле", что чуть не протаранил их машину. Сзади слышен пронзительный визг шин, и обернувшись, Эрика замечает стремительно приближающийся "Шеви" отчаянно мигающий дальним светом фар.
    Свет находит странное отражение в ее мыслях, словно она прошла мимо чего-то важного, что может помочь в будущем, а может быть совсем наоборот, станет той отправной точкой, с которой начинается персональное безумие. Они слетают на обочину дороги, и Генри, вжав педаль тормоза до упора кричит что-то нечленораздельное, пока "Хонда" не останавливается у самого съезда. Чорный автомобиль пролетает мимо, и скрипнув шинами, останавливается в доброй сотне ярдов от них. Хлопает дверь, и Эрика погружаясь в сумрачное всеведение, понимает, что Генри выбрался из салона, оставив ее одну в машине, на залитой солнцем дороге, где проносятся грузовые тягачи, посредине яркого октябрьского дня, не обремененного суетливым страданием осени.
    Пока доктор Туки считает до одного, Эрика проносится сквозь облетающие листья дней, оставляя позади несущественное, и забирая малую толику важного, чтобы по крупинкам обрести саму себя, что уже само по себе маленький подвиг. Доктор останавливает маятник метронома пальцем, и Эрика обнаруживает себя в маленьком уютном кресле, обивка которого расчерчена простым узором, из пересекающихся треугольников разного цвета. За окнами все та же осень, только солнце не выглядывает из-за туч, как на той проклятой трассе, с которой все и началось.
    Покидая кабинет доктора, Эрика спускается к стоянке, на которой поджидает черный "Шевроле", она даже не думает изменить привычному порядку вещей, и усевшись за руль стискивает его руками, чтобы не дай бог не пораниться, когда наступит очередной приступ. В зеркале заднего вида можно заметить кончик черной кепки, и если Эрика наберется смелости и чуть поднимет голову, то наверняка увидит женщину, что сидит на заднем сиденье.
    - Привет Эрика - говорит незнакомка, одновременно мягким и хриплым голосом. Знакомым до отвращения. - Мы с тобой прокатимся немного. Только ты и я, дорога длинная, и у нас будет много времени, чтобы наговориться всласть. Расскажешь мне все, что я захочу узнать о тебе, поверь мне интересно. Давай, милая, включай зажигание.
    Эрика затылком чувствует прикосновение холодного металла - в руках у незнакомки оружие. Женщина в машине пугает Эрику, она пытается что-то сказать, но из горла раздается противное сипение, и только чуть позже она кричит, проникаясь темным безумием, таким же темным, как цвет автомобиля, в котором они вдвоем. Эрика прижимает руки в лицу, сейчас она даже рада тому, что проникает в запретное место снов, поскольку даже там, ей не так страшно как сейчас. Еще немножко, и все окажется просто мимолетным мигом в бесконечной суете кошмаров, и когда незнакомка пытается что-то сказать, Эрике уже нет нужды слушать знакомый голос. Все неважно, ее здесь нет - Эрика за толстыми стенами, в небольшом домике, в котором она живет, в том самом, что с башенкой и эркерами, с зеленой крышей, и плющом, что обвил полностью фасадную стену...
   
    6
    В ее доме темно. Минутой ранее, Эрика протиснулась сквозь приоткрытую дверь, у нее в руках пакеты с покупками, которые девушка взяла из машины. Не сказать, что они чертовски мешают, но до сих пор Эрика не удосужилась нащупать выключатель на стене у входа. Прихожая встречает ее звонкой тишиной. Старые часы на каминной полке остановились, и уже не наполняют комнату тихим шелестом шестеренок. Нужно сбросить пакеты и включить свет, но почему-то эта простая мысль не приходит ей в голову. Она продолжает продвигаться по прихожей, сбивая стулья, в беспорядке расставленные у камина. Нужно позвать девочек, чего они там возятся в машине?
    - Аманда, Лили... - Эрика зовет вполголоса, запоздало понимая, что в комнате есть еще кто-то.
    Это застает ее врасплох, словно оглушив ударом по голове. Это не Генри, он не стал бы таиться от нее, но кто тогда в комнате? Кончиками волос Эрика чувствует легкий ветерок от чужого движения, кто-то (или что-то) совсем близко, и паника захлестывает через край, поскольку еще немного, и девочки добегут до двери, и окажутся в опасной темноте. Она пытается сообразить что ей делать, но мысли разлетаются встревоженными мотыльками, умирающими в протухшей тишине пустого дома.
    - Здесь нет никого, милая, и быть не может - отчего-то шепчет она, пытаясь успокоиться, но даже в этом утверждении присутствует нечто тревожное, быть может потому, что это отчасти правда?
    Так это или нет, Эрика не может ответить точно. Тишина давит своей недосказанностью, и время начинает дробится странными промежутками, словно нарезанное на множество снимков, снятых любительской фотокамерой. Вот Эрика в темноте, стоит у стены, прикасаясь кончиками пальцев к холодной поверхности, если было бы немного светлее в комнате, она несомненно заметила пар, выходящий изо рта. А вот она уже сместилась немного в сторону. Парой снимков спустя, можно заметить как она тянет руку к выключателю. Толку от этого немного - в старом заброшенном доме давно уже нет электричества. Эта мысль приходит позже, повергая в шок. Эрика кричит в пустоту, пытаясь отыскать выход, но ее голос многократно отраженный от стен с растрескавшейся штукатуркой лишь отдается слабыми вибрациями, что могут служить первыми предвестниками приступа.
    Эрика у окна - она видит часть двора, заросший сорной травой сад, и табличку, на которой написано что-то о продаже участка с домом. Она оставила машину у въезда, но сейчас ее там нет, и вряд ли у Генри получится отогнать ее в гараж, поскольку здесь нет ни ее мужа, ни девочек. Больше всего на свете, она хотела бы выйти во двор, и убедиться самостоятельно, но скорее всего из этой затеи ничего не получится - Эрика в доме, который ни за что не отпустит того, кто однажды попал в него.
    Девушка смеется, поскольку именно сейчас воспоминания становятся как никогда яркими - этот Дом Дождя стал частью ее самой, однажды хмурым дождливым днем, хотя нет, не так, день на самом деле был ярким и солнечным, просто есть такие места, например, в Нью-Йорке, у пересечения Бродвея и 10-й авеню, как раз неподалеку от Грейс-Черч, если стать таким образом, чтобы можно было бы увидеть кусочек фасада Семейной Церкви Благодати, - в них, даже не смотря на хорошую погоду кажется что солнце тускнеет, как будто ему приходится светить через полупрозрачные стекла. Достаточно двинуться вдоль улицы от того самого перекрестка, пройти палатку торговца сувенирами, и добраться до огороженного строительным забором участка, чтобы ощутить вибрации, зов которых сильнее с каждым шагом, приближающим к цели. Быть может не каждый способен ощутить их, но маленькая Эрика, сжимающая в руке две игральные кости, знает, что в этом месте прорвалась оболочка между мирами, и все что осталось хорошего и светлого исторгается прочь, наполняя ненасытную бездну.
    Она одна на улице, поскольку мама попросила присмотреть за ней одну тетеньку, а сама отлучилась на минутку по делам. А может быть мама все время была рядом, - все это не важно, Эрика чувствует то, что не должны чувствовать другие, и странное влечение овладевает ею, она ощущает вибрации, что идут от асфальта, как раз в том месте, где от забора падает тень на мокрый после вчерашнего дождя асфальт. Эрика не способна точно описать все, что чувствует, но приятные вибрации наполняют ее от кончиков пальцев ног, и поднимаются выше, заставляя трепетать в непонятном ожидании. Ей очень приятно, и почему-то немного стыдно от этого, но девочка старается не обращать внимание, отдаваясь сладкой истоме, ее ноги сами делают первый шаг навстречу безумию, ведь если присмотреться как следует, можно заметить большую щель между досками забора, в которую с трудом, но пролезет ребенок ее возраста.

Оценка: 0.00 / 0       Ваша оценка: