Творчество поклонников

Оттенки дьявольской скуки

Добавлен
2004-12-29
Обращений
4198

© Михаил Игнатенко "Оттенки дьявольской скуки"

    Массивный люк отворился и на лестнице, ведущей во мрак подвала, показалась нога старика. Затем показались костыли. С немалым трудом дед преодолел все ступеньки и остановился на каменном полу. Слабый свет керосиновой лампы, болтавшейся на одной из дубовых опор, подпиравших потолок, освещал помещение. По правую руку от лестницы в стену была вделана огромная дубовая дверь, обитая металлическими пластинами, увенчанная массивным засовом. Напротив двери, метрах в трех, на табурете сидел парень. Увидев старика, он приподнялся.
    - Дед?
    Старик подковылял к парню и изучающее посмотрел на него.
    - Ты в порядке?
    - Да, наверное. Не уверен. Не знаю, – замялся юноша.
    - Хорошо. Я принес еду, помоги снять.
    Парень помог старику снять со спины небольшой мешок, что висел там на кожаном ремне.
    - Вода, хлеб, кукуруза.
    - А мне обязательно это делать? – вдруг спросил парень. - Я имею в виду, – почему нельзя открывать эту дверь? Что там такого?
    - Ты сам прекрасно знаешь.
    - Вранье это все. Глупые легенды – ничего более.
    В ответ тишина.
    - А если открою?
    Внезапно старик, не выпуская из подмышек костыли, схватил парня за руку и сильно сжал. Парень подался вперед, лицо искривилось в гримасе боли.
    - Слушай меня внимательно, сынок. То, что находится за этой дверью…чтобы это ни было…ты этого не сделаешь, слышишь? – Мужчину переполняли эмоции и вместо того, чтобы сказать «Как ты не понимаешь?», он еще сильнее сжал запястье парня. - Эту дверь нельзя открывать!
    - Хорошо, хорошо! Мне больно! – в глазах парня блеснула слеза. - Я понял!
    Старик с короткой густой бородой и лицом лесника в третьем поколении ослабил хватку.
    - Боже!
    - Ты здесь, потому что пришло и твое время. В нашем роду через это проходят все мужчины и ты не исключение. Не позволяй себе расслабиться ни на секунду.
    Парень кивнул.
    - Пока Он молчит, но скоро… - дед покосился на дверь - …заговорит. Время пришло.
    С этими словами он заковылял обратно к лестнице.
    - Я буду здесь до его прихода, - сказал он, не оглядываясь. Затем мне придется уйти в лес. Меня не будет три дня, а когда я вернусь, ты либо сделаешь то, что должен, либо…
    Старик остановился, оперевшись на костыли. Маслянистый свет лампы освещал его спину, отбрасывая причудливую тень на первые ступени лестницы. Тело мужчины задрожало.
    - Дед, ты в порядке?
    - …либо, – слова давались деду буквально через силу, - …он уже близко, я это чувствую. Близко!
    Костыль выскользнул из-под руки и, подкосившись, словно спиленное дерево, старик упал на каменный пол подвала. Чуть выше колена, где заканчивалась его правая нога, а штанина была аккуратно свернута, проступило темное пятно. Парень поспешил деду на помощь.
    - Что с тобой?
    - Рана, - тяжело сглотнув слюну, ответил старик, - кровоточит.
    - Тебе нужен врач…
    - Нет! – отрезал он, словно под штаниной была не культяпка, а нечто иное, противное человеческому взгляду. - Врачи тут бессильны.
    Дрожащими пальцами он провел по ноге, затем взглянул в глаза внуку. На лице старика читался неподдельный страх. За все 16 лет Патрик не видел деда в таком состоянии. Истинный, неподдельный страх. Он мог поклясться, что в его роду не было трусов и, хотя он не знал своего отца, все равно был уверен, что и он был мужественным человеком.
    Патрик помог деду встать, подал упавшие костыли.
   
    - Он уже совсем близко и когда он придет я не смогу тебе помочь. Ты сам должен будешь принять решение. Таков обычай. Ты должен это понимать, - с надеждой в голосе сказал старик.
    - Знаю. А мой отец тоже через это прошел?
    - Таков обычай.
    - Что с ним случилось? Почему мне о нем никто ничего не рассказывал?
    - Я вернусь через три дня – настаивал дед. - Если за это время ты не найдешь ответы на свои вопросы и, если ты все еще будешь жаждать ответов, я расскажу. Сейчас же ты должен остаться один.
    Старик с трудом преодолел несколько ступеней. На последней ступеньке он остановился передохнуть и замер, словно ожидая еще одного вопроса. Капельки крови, просачиваясь через штанину, падали на ступеньку.
    - А ОН знает? – раздался голос парня. Голос, напоминавший неуверенную поступь человека, попавшего во мрак. – Об отце? Знает?
    - Три дня.
   
    Спустя несколько секунд люк подвала захлопнулся и парень остался один. Послышался глухой стук засова, звякнула цепь, лязгнул замок.
    Таков обычай.
   
    Самое ужасное в таких местах – это то, как тянется время. Оно становится словно кисель. Густой и вязкий. Минуты превращаются в часы, часы в дни, а от звука собственных мыслей можно сойти с ума.
    Патрик оглядел помещение. Обычно здесь было полно утвари: верстак был завален инструментами, полки ломились от банок с грибами, медом. По углам стояли бочки, мотки проволоки, различные прутья и прочее барахло, несомненно, нужное в повседневной жизни. Особенно, если живешь в глуши. Но сейчас здесь было необычайно пусто: инструменты отсутствовали, полки пустовали. Дед настоял, чтобы внук поднял все наверх. Так надо. Зачем?
   
    Патрик был уверен, что с момента, когда дед был здесь в последний раз, прошла неделя. Пару раз он подливал в лампу керосина. Это значит, что прошло, по крайней мере, два дня, хотя он и не был уверен. Парень испражнялся так же скудно, как и ел. Все чаще он отключался, а когда приходил в себя, то не сразу осознавал где находится. Почему он здесь? Традиция? Обычай? Согласно легенде…Чушь. Дед сказал, что кто-то должен прийти, он будет по ту сторону двери. Будет говорить. Не открывать дверь.
   
    Патрику снились сны. Разные. Реалистичные. В одном из таких снов он лежал на берегу моря, светило яркое солнце, сыпучий песок грел тело. Где-то высоко над головой кружили чайки. Шум плещущихся волн успокаивал. Запах соли, моря…Патрик никогда не видел моря, но был уверен, что там так же здорово, как в его снах. Теплый ветер, дувший с моря, теребил челку волос, ласкал кожу. Очередной порыв ветра метнул в лицо парня горсть песка. Патрик закашлялся, открыл ссохшиеся глаза.
    Мрак и холод окутали его со всех сторон. Каменный пол подвала. Писк крыс в дальнем углу. Осознав где он находится, парень тяжело выдохнул. Сил не осталось даже на мысли. Он лежал на холодном полу подвала, повернувшись на бок, лицом к массивной двери. Тишина резала уши.
    Внезапно Патрику показалось, что он слышит знакомый звук. Что за черт? Звук, знакомый звук. Чайки. Запах соли и моря. Порыв сквозняка из-под двери колыхнул волосы на лбу парня. Как во сне. Парень с трудом поднялся с пола и подошел к двери. Смена положения тела вызвала легкое головокружение и Патрик прислонился лбом к двери. Пляж. Теперь он отчетливо его видел. Белый песок, солнце, плещущиеся волны, чайки, кружащие над головой. Патрик отдернул голову, видение исчезло, однако запах моря и крики чаек никуда не делись. Они доносились словно издалека. Патрик прислушался. Кроме всего прочего там было еще что-то. Что-то, что он не успел усмотреть. Что-то? Может, кто-то?
    Шелест песка, затем легкий скрип, тяжелый стук о дерево и, несколько секунд спустя, зазвучала мелодия. Играл рояль. Медленная, медитативная, печальная мелодия. Чайки и плеск волн вторили мелодии. Патрик вновь прислонился лбом к двери. Пляж. Метрах в двадцати, прямо на песке стоял рояль. На табурете, спиной к парню, сидел мужчина. Патрик не смог определить, во что он был одет, такой одежды он раньше не видел, что-то странное.
    Пальцы незнакомца не спеша бегали по клавишам, в небе кружили назойливые чайки.
    - Вот видишь, Патрик, у этих пальцев отличная память, – заговорил мужчина. Он говорил медленно; слова текли из его уст точно как время в этом чертовом подвале. Кисель.
    Какое-то время незнакомец наслаждался звуками рояля, покачиваясь на табурете в такт мелодии. Время от времени он запрокидывал назад голову и, наверное, закатывал глаза. Потом вновь заговорил.
    - Мне здесь нравиться. Здесь красиво. Что скажешь?
    Патрик заворожено смотрел на песок, на волны, на незнакомца. Ему казалось, что он все еще лежит на полу обессиленный, голодный и ему сниться этот прекрасный сон. Когда дед спустится в подвал, завтра, может даже сегодня, он уже будет мертв.
    - Ты, наверное, думаешь, что уже умер? – Спокойный голос. – Не спеши, успеется.
    - Кто ты? – выдавил Патрик
    Мужчина помедлил с ответом. Продолжал играть.
    - Друг.
    - Зачем ты пришел?
    - Ты знаешь. Не так ли?
    Патрик знал. Знал все это время, но не верил. С раннего детства его готовили к этому дню, кормили легендами, байками. Он не верил. А теперь…что теперь?
    Одна из чаек села на рояль, прямо перед носом незнакомца. ОН не обратил внимания, продолжая музицировать. К ней присоединилась вторая, пожирнее, потом еще одна, еще. Очень скоро весь рояль был усеян птицами. Пищащая и гадящая свора. Мужчина сделал красивый пассаж на низких нотах и резким движением руки схватил одну из чаек. Остальные тут же разлетелись, однако, через мгновение вернулись на место. Крышка рояля была белая от помета. ОН поднес птицу к лицу, погладил по головке.
    - Эти мерзкие твари…в них есть что-то от людей, правда? Сходство определенно есть.
    Несколько перьев упали ему на колени. Следующим движением ОН свернул чайке шею, прокрутил несколько раз в кулаке и, отделив голову от тела, запустил себе в рот. Освободившиеся руки вновь легли на клавиши и мелодия возобновилась. Патрик отпрянул от двери, постоял какое-то время, отгоняя позыв тошноты, затем вновь прикоснулся лбом к двери. Мужчина наигрывал тоскливую мелодию, неспешно двигая челюстями. Пара глупых чаек сидели у него на плече.
    - Открой дверь, Патрик, – обыденным голосом проговорил ОН. - Разреши мне войти.
    - Нет.
    - Похвально.
    Мужчина дожевал то, что жевал, а то, что не полезло в горло, выплюнул в толпу птиц. Те с радостью набросились на добычу. Завязалась секундная драка.
    - Тогда иди ко мне сам. Ты же всегда мечтал увидеть море?
    - Нет
    - Да брось. – Голос звучал отчетливо, не смотря на расстояние, крики чаек и шум прилива. – Неужели ты думаешь, что я не смогу открыть эту дверь? Ты серьезно?
    - Чего же ты ждешь?
    Мужчина прекратил играть и повернулся лицом к двери. Патрик отпрянул так быстро, что едва успел заметить только часть лица. Этого хватило. Он понял, что не хочет видеть остального. Секунду он стоял в замешательстве, обдумывая свои последние слова и не зная что делать, затем услышал, что мужчина идет в его сторону.

Оценка: 7.00 / 1       Ваша оценка: