Творчество поклонников

Оттенки дьявольской скуки

Добавлен
2004-12-29
Обращений
4196

© Михаил Игнатенко "Оттенки дьявольской скуки"

    Не только слышал, но и чувствовал. Складывалось впечатление, что морские волны бились прямо о дверь, а песок вот-вот начнет просачиваться через неплотности косяка. Несколько чаек царапали металлическую обшивку двери своими лапами.
    - Патрик? – Голос раздался прямо за дверью. - Ты смелый малый. В твоем роду это традиция, я знаю.
    - Откуда? – взволнованно спросил парень. В голосе читался испуг.
    За дверью раздался смех. Громкий, каркающий, булькающий смех, увенчанный кашлем.
    - Скажем так, - посмеиваясь сказал ОН, - я знал их всех.
    - А мой отец?
    - И его я знаю. Это было не так давно. Открой.
    - Что с ним случилось?
    - Дверь, Патрик, – напомнил голос. – Разреши мне войти.
    - Я должен знать! Почему мне о нем никто ничего не говорит?! – чуть не плача кричал парень.
    - Он сделал свой выбор. – Все тот же спокойный голос. - Всем приходится выбирать. Твой прадед, дед твоего прадеда, отец, твой дед – всем пришлось. И тебе придется, так или иначе.
    Патрик опустился на колени и заплакал. У него не осталось сил выслушивать одни и те же ответы на свои вопросы. Это нечестно!
    - Он здесь, сынок. Если хочешь, я могу отвести тебя к нему?
    - Ложь!
    - Он тоже о тебе все время спрашивает: как там мой мальчик? Как там мой Патрик? Ты можешь повидаться с ним.
    - Мне придется впустить тебя?
    - Вовсе нет. Ты же идешь ко мне в гости, - не я к тебе.
    Патрик сидел на полу и смотрел на дверь. В голове всплыли слова деда «Не открывать дверь!». И что? Жить в неведении, во лжи? В конце-концов, ОН прав: я иду к нему, а не он ко мне. Юноша встал на ноги и в этот момент массивный засов, хранивший злосчастную дверь взаперти долгие годы, сам собой выдвинулся из пазов. Патрик от неожиданности отскочил назад, споткнулся и повалился на пол. Головой задел табурет; объеденный кукурузный початок покатился по полу. Звякнула пустая фляжка из-под воды. Дверь, скрипнув, отворилась меньше, чем на четверть. В проеме показалась нога незнакомца, рука, часть бедра, плечо. Лица не было видно. ОН стоял на пороге, но не входил.
    - А ты не верил, – послышался задумчивый голос. - Как только придешь в себя, входи. Я буду ждать, дальше, по тропе.
    Не долго думая, Патрик, поднялся с пола. Посмотрел на керосиновую лампу. Огонек внутри практически погас. До прихода деда оставалось несколько часов. Собрал волю в кулак и, отбросив все мысли и страхи, перешагнул через порог.
    Горячий песок приятно грел ноги. Теплый, влажный ветер, дувший с моря, теребил грязные волосы. Незнакомец шел недалеко впереди. Чайки кружили над его головой высоко в небе. Море! Безумно красивое море! На душе у Патрика разлилось чувство приятной безмятежности.
    Дойдя до рояля, он остановился, потому что ОН теперь шел к нему на встречу. Но, когда человек в непонятной одежде подошел совсем близко, за спиной парня раздалась знакомая мелодия. Печальная, медитативная мелодия. Патрик обернулся. На табурете сидел знакомый незнакомец и наигрывал свою любимую мелодию. Как и прежде он раскачивался в такт музыке и откидывал от удовольствия голову.
    - Вот видишь, Патрик, теперь и ты сделал свой выбор. Все как и прежде.
    В этот момент следы помета на крышке рояля обратились каплями крови, густой, практически свернувшейся. В небе теперь парила свора ворон. Человек, сидевший на табурете, рассмеялся холодным смехом. Патрик обернулся. Мужчина, шедший ему на встречу, стоял прямо перед ним. Его лицо было полностью сожжено. Черное, темно-красное месиво. На щеках белели кости скул.
    Пианист схватил Патрика за руку и в голове парня сверкнула молния. Глаза закатились кверху и он увидел знакомое помещение подвала. Те же пустые полки, ни одного инструмента, керосиновая лампа, фляга с водой. На полу корчится молодой человек лет двадцати. Он что-то кричит, хватает себя за голову, как будто борется с кем-то. Затем хватает керосиновую лампу, разбирает и выливает остатки керосина себе на лицо. Яркая вспышка пламени, пузырящаяся кожа.
    ОН отпустил руку парня и продолжил наигрывать мелодию.
    - Твой отец. Ты же хотел знать, верно? Будьте знакомы.
    Патрик еще раз посмотрел на обгоревшее лицо своего отца, но подул ветер и тело последнего, превратившись в пепел, унесло ветром в море.
    - После того, как твой пра-пра-прадед воспользовался пилой, чтобы оставить мне на память несколько частей своего тела, твои предки решили выносить из подвала все опасные предметы на время моих визитов. - Мужчина рассмеялся, продолжая наигрывать свою дьявольски красивую мелодию. - Но твоему отцу это не помогло, верно?
    Патрик посмотрел под ноги. Тепло исходило не от песка, а от пепла. Вместо воды в море плескалась какая-то черная жижа.
    - Верни его! – крикнул юноша, бросаясь на пианиста и обхватывая ЕГО шею руками. – Верни или я убью тебя!
    В ответ смех.
   
    Дед вернулся из леса через три дня, как и обещал. Это были мучительно долгие дни. Культяпка кровоточила, обдавая болью все тело. Дед молился. Все время, что он бодрствовал, он молился. Просил Господа Бога дать внуку сил пройти испытание. Не поддаться искушению, соблазну, - что бы не предлагал Сатана. Ночью, на третьи сутки, деду было видение. Некто вышел из-за деревьев (старик его не видел) и держал речь.
    - Ты просишь помочь внуку, – говорил тот, – но сам нечист.
    Старик заплакал. ОН знал. Ну, конечно! Правду трудно скрыть, особенно от того, у кого просишь о помощи.
    - Если бы ты рассказал внуку об отце…
    - Я не могу! – рыдал старик.
    - Потому что ОН обещал вернуть тебе ногу, которую ты сам и отрезал?
    В ответ надрывный старческий плач.
    - Ты погубил сына, теперь и внука.
    - О, Боже, Патрик, нет! Я виноват!
    - Теперь поздно.
    Со слезами на глазах старик схватил костыли и как мог быстро заковылял в сторону дома.
   
    Щелкнул замок, лязгнула цепь, открылся люк. Старик буквально сполз по лестнице вниз. Костыли разлетелись по сторонам. Еще подходя к дому, он слышал крик. Душераздирающий крик боли.
    В подвале было темно, лампа давно погасла. Ее остатки теперь валялись на каменном полу, прямо под опорой на которой она висела. Патрик с осколками стекла в руке катался по полу, издавая нечеловеческие вопли.
    - Патрик, нет! – крикнул дед и пополз в его сторону. - Остановись!
    Патрик его не слышал. Стекло превратило его ладони в лохмотья, боль заглушала все звуки. Дед медленно приближался к внуку, размазывая по каменному полу свежую кровь внука, стирая ее одеждой.
    - Умри! – крикнул юноша, и что было сил саданул стеклом по лицу. Брызги крови окрасили его лоб в черную крапинку. Патрик наносил удар за ударом, изменяя себя до неузнаваемости. Кусок щеки упал на робу, скатился к ногам. Затем еще один, еще. Следующим ударом парень попал себе в глаз. Раздался хлопок. С таким звуком лопаются дымовые грибы в лесу, если на них наступить. Вязкая жижа потекла по тому месту, где минуту назад была щека.
    - Боже, нет! – рыдал старик, хватая внука за ноги. – Прошу!
    Спустя мгновение бездыханное тело парня упало рядом с дедом. Старик рыдал как никогда в своей жизни. Громко, задыхаясь.
    - Господи, прости!
    В ответ раздался смех. Знакомый, каркающий смех, доносящийся из-за двери.
    - Господь? Это тот неудачник, что приходил к тебе ночью, прячась за деревьями? - все еще смеялся голос. – Вечно его нет, когда он нужен, да?
    Старик лежал на залитом кровью полу и плакал.
    - А парень постарался на славу, что скажешь? Это оказалось забавней, чем я ожидал. Но ты тоже молодец, Уильям!
    - Будь ты проклят!
    Каркающий, булькающий смех.
    - Пожалуй, я верну тебе ногу, как и обещал! Ты заслужил.
    С этими словами мужчина стал отдаляться от двери. Послышался скрип стула, и вновь заиграла знакомая мелодия. Невидимые пальцы плавно скользили по клавишам.
    - Я приду вновь. Не сейчас, но скоро. Тебе это интересно? – спросил голос издалека.
    Старик провел рукой по тому месту, где последние 52 года была культяпка. Ссохшиеся от крови пальцы, не нащупали культяпки. Они нащупали ногу.
    - Как новая, правда? Пользуйся, пока есть время. И не говори, что овчинка не стоила выделки? – ЗЛО вновь рассмеялось.
   
    Старик похоронил внука рядом с сыном. На скрытом от посторонних взглядов участке, в лесу. Спустя неделю умер и он. Однажды, проезжавшие жители близлежащего поселения, заглянули в его дом попросить о ночлеге. Старик сидел у камина в кресле-качалке и давно уже не напоминал человека. Единственно, чего не заметили путники, так это входа в подвал. Его просто не было.
    А в это время, где-то ТАМ, высоко в небе кружили чайки, плескались волны, светило солнце. В воздухе разливалась тоскливая, дьявольски красивая мелодия. Мужчина, сидевший за роялем, остановился, задумчиво погладил по головке одну из чаек.
    - Ничего, дурашка… найдем, чем заняться.

Оценка: 7.00 / 1       Ваша оценка: