Творчество поклонников

Артрозные парни

Добавлен
2005-07-30
Обращений
6823

© Михаил Игнатенко "Артрозные парни"

   
    - Что?
    - Мы можем не доехать. Бак почти пуст.
    - Переночуем в машине. – Дебби говорила очевидное.
    - А если эти твари набросятся на машину? Перевернут ее. Что тогда? – Джон даже не старался говорить убедительно, так как сам не знал, что в данной ситуации правильно, а что нет. На счет бензина он соврал только на половину. Его действительно было мало (он посмотрел на приборную панель, когда обследовал кабину), но доехать до шоссе они могли бы вполне. Так что же его останавливало?
    Ты знаешь.
    - Джон, пожалуйста, поедем. Мне страшно.
    Чувствовалось, что у нее не осталось сил настаивать на своем. Их и не было. В конце концов, если они здесь погибнут, там, на небе или в аду (уж как получится) она во всем будет винить Джона. Уж тогда она на нем отыграется. Сейчас же ей не оставалось ничего, кроме как довериться мужу.
    - Что ты думаешь?
    - Думаю, надо пойти по тропе. В такой темноте хозяин машины не мог уйти далеко. Скорее всего, у него здесь дом. И мы его найдем. Попросим переночевать, а завтра…
    Сначала Джону показалось, что он услышал шелест ветвей. Такой звук издает бревно, когда его катят по лесу. Множественный…
    Множественный хруст. Звук ломающегося картона.
    - Господи, это они! – взвизгнула девушка.
    - Скорее! – Джон взял жену за руку и стал продираться сквозь кусты по едва различимой тропе.
    Буквально через десять метров свет фар стал бесполезен. Он исчез за стволами деревьев и супруги вновь оказались во мраке леса. Звука работающего двигателя тоже не было слышно. Все, что они слышали – это стук собственных сердец, дико бьющихся где-то в висках. Но не только это. Еще они слышали этот мягкий, колючий, шелестящий звук, иногда резкий, но неизменно противный, как звук хрустящих суставов. Теперь он доносился отовсюду. Со всех сторон, создавая вокруг супругов невидимое кольцо.
    - Боже мой, Джон, куда нам идти? – Дебби вновь говорила сквозь слезы, и Джон поймал себя на мысли, что если бы жена не плакала, то плакал бы он. Он не ответил на вопрос, продолжая на ощупь пробираться вперед.
    - Джон..., – в нескольких метрах от них что-то отчетливо хрустнуло, и послышалось невнятное бормотание. Что-то поднялось с земли и пошло в их сторону. Дебби уже не плакала, она кричала. По лицу Джона потекли слезы. Он не мог поверить, что это конец.
    Когда впереди замаячил свет, Джон Кризби подумал, что уже умер, а свет – это тот «конец туннеля», о котором талдычили люди, пережившие клиническую смерть. Однако Дебби его тоже заметила. Дрожащий свет свечи за плотно закрытыми ставнями.
    - Дом, - вырвалось у Джона.
    - Это дом! – сказала Дебби, не слыша мужа. Каждый из них был настолько потрясен, что фраза слетела с языка автоматически.
    Супруги поспешили на мерцающий свет, словно мотыльки к уличному фонарю. Ветви кустов цеплялись за одежду. Казалось, сотни утопленников тянут к ним свои руки в надежде на спасение. Дебби осознавала, что в любой момент среди этих ветвей могут оказаться и руки этих адский созданий с картонными коленками, что они могут намертво ухватить ее за джинсы или футболку и тогда…
    - Помогите! – что было сил закричала Дебби, – на помощь!
    До дома оставалось каких-то сорок метров, но его очертания по-прежнему не просматривались. Невнятное бормотание нарастало, кое-где слышался дикий смех, переходящий в отчаянный вопль. Порою картонный хруст слышался так близко, что супруги буквально подпрыгивали от испуга. В воздухе почувствовался запах мочи.
    Моя жена припустила в штаны, подумал Джон, или это я? Вполне могло оказаться, что и так. Все его тело горело. Джон не чувствовал ни ног, ни рук. Окружавшие их ветви кустов, казалось, вот-вот вспыхнут такой от супругов шел жар. Джон бросил взгляд налево и увидел четыре силуэта. Даже на фоне кромешной тьмы они выделялись своей чернотой. Они буквально ею светились, если такое, конечно, возможно. За ними еще три. И еще.
    - Помогите! – визжала девушка. – Впустите нас! На помощь!
    Пламя свечи было совсем близко и через пару шагов они уперлись в какую-то преграду. Дверь.
    - Откройте, пожалуйста, – Джон заколотил в дверь. – Нам нужна помощь!
    - Господи, прошу! – Дебби от плача не могла стоять на ногах. Оперевшись о дверь, она медленно сползла на землю. – Боже!
    За дверью послышался шорох. Кто-то в нерешительности топтался по ту сторону, думая, что же ему делать. Судя по размеру двери, дом был совсем небольшой. Одноэтажная лачуга лесника или какого-нибудь отшельника.
    Джон обернулся. Со всех сторон к ним приближались демоны. Картонные создания чернее ночи, рваными, дергаными движениями. Если на дороге он видел лишь двоих, отдаленно похожих на них самих, то сейчас он видел десятки этих тварей. Разного роста и форм. Все они что-то бормотали себе под нос и хрустели суставами.
    Кошмар из Макдоналдса. Хрустящий, запеченный в масле картофель в форме человечков.
    Дверь внезапно открылась, и Джон, стоявший к ней спиной, повалился внутрь. Чья-то рука схватила Дебби за волосы и грубо втащила за порог. Дверь со скрипом захлопнулась, в пазы заскользил мощный засов, и в следующую секунду послышался сильный удар в дверь. Словно кто-то с разбегу угодил в нее ногой. С дверного косяка посыпалась пыль, задребезжали стекла.
    - Сучьи отродья! – прохрипел голос у двери.
    Супруги отползли от двери на несколько метров и уперлись в стену. Выпученными глазами он смотрел на мужчину у двери. Худощавый, в каких-то лохмотьях с замызганной бейсболкой, сдвинутой на лоб. Джон не смог определить, сколько ему было лет. Еще не старик, но уже достаточно великовозрастный мужчина. Его лицо было испещрено глубокими морщинами, кустистые брови нависали над очками в толстой оправе с толстенными линзами, пожелтевшими от времени. На ногах старые армейские ботинки со шнуровкой, в руках огромное двуствольное охотничье ружье.
    Дебби продолжала плакать, не осознавая, что происходит. Ее истерика начинала сводить с ума.
    - Заткни рот своей шлюшке, пока я этого не сделал! - гаркнул мужчина, направляя ствол ружья на супругов.
    Джон прикрыл рот жене рукой. Дебби непонимающе смотрела перед собой.
    - Только женских соплей мне тут не хватало! Эти твари только и ждут, чтобы кто-нибудь из вас повопил.
    - Что это за твари? - спросил Джон, испуганно глядя на ствол ружья, – что им от нас надо?
    - Им нужны вы! – рассмеялся незнакомец. В лицо пахнуло гнилью и дешевым виски. – Ты и твоя девка! Ставлю свой последний зуб, что они уже нашли вам замену!
    Опять смех.
    - Замену, - пробормотал Джон.
    Он вспомнил два картонных силуэта, шедших за ними из самого того места, где они в первый раз вышли на дорогу. Два силуэта так похожих на них с Дебби.
    Джон убрал руку ото рта жены. Дебби беззвучно плакала. По щекам продолжали бежать слезы. Она вопросительно смотрела на мужчину, как наказанный ребенок смотрит на мать, ждущий прощения.
    В дверь снова ударили. Казалось, что весь дом сотрясался, и если бы тут было электричество, то лампочка под потолком наверняка бы замерцала. Однако электричества не было. И лампочки не было. Ее заменяла свеча на кухонном столе, заплывшим жиром.
    - Ничего, дверь крепкая, выдержит.
    - Они будут ломиться, пока не доберутся до нас? – спросил Джон.
    - Чем тише вы будите себя вести, тем быстрее они успокоятся. А если будете ныть, кричать, сопеть, пердеть, впадать в истерию, я сам скормлю вас им. Вряд ли мне это зачтется, но зато я спасу свою собственную шкуру. – Мужчина улыбнулся.
    - А почему вы целитесь в нас своим ружьем? – спросила Дебби, придя немного в себя. – Что мы вам сделали?
    - Вы кричали посреди ночи – вот, что вы сделали! - неожиданно громко вскрикнул он. - Вломились в мой дом, привели за собой целую стаю этих ненасытных чертей - вот, что вы сделали! И после всего, что вы сделали, вы все еще продолжаете реветь и задавать ненужные вопросы!
    Он сделал шаг к ним на встречу.
    - Мне следует пристрелить вас на месте! – Маслянистый свет свечи отражался в толстых линзах его очков, окрашивая их в цвет расплавленного метала. – Но я буду так добр, что позволю вам самим заткнуться. Шум – это то, что мне сейчас меньше всего нужно, усекли? Завтра, если доживете до завтра, можете кричать и вопить сколько душе угодно, потому что утром их тут не будет. А пока… - Он повернулся к двери и приложился к ней ухом. – А пока соблюдайте тишину.
    Супруги сидели на полу, прижавшись друг другу, и смотрели на хозяина дома. Теперь он стал не только хозяином дома, но и хозяином их жизней. Таких жалких и ничтожных в этом древнем лесу.
    - Артрозные парни любят шум, - самодовольно заявил старик. Со спины он был больше похож на старика, чем просто на мужчину. Грязные, маслянистые волосы клочками торчали из-под темно-синей бейсболки. Зеленая клетчатая рубаха с закатанными рукавами была надета поверх белой майки, которая была белая лишь по определению.
    - Артрозные парни? – переспросил Джонни.
    - Да, эти ублюдки хрустят при ходьбе, словно древние старики, страдающие артрозом. Или ты был так занят спусканием дерьма в штаны, что не обратил на это внимания? – Старик отошел от двери, и в нее снова ударили.
    По ту сторону было слышно невнятное бормотание и топтание. Потом в дверь постучали. Весьма отчетливо и сознательно. Дебби с силой вцепилась в мужа, которого изрядно колотило. Даже хозяин хижины слегка подпрыгнул на месте от неожиданности.
    - Черт, и они здесь!
    - Кто? – прошептал Джон.
    - Заткнись! – старик целился в дверь, словно ожидал, что она вот-вот подастся нажиму снаружи. – Чертовы куклы и те здесь! Вот видишь, что вы наделали?!
    Мужчина подпер дверь какой-то палкой и велел своим незваным гостям перейти вглубь дома. На всякий случай.
    Они перешли короткий коридор и оказались в крохотной комнатушке. У стены стоял древний, как и все в этом месте, диван. И, как и все остальное в этом месте, он был замызган до неузнаваемости. Над диваном висела любительская картина, изображавшая распятого Христа. Приятная такая картина, нарисованная акварелью. Иисус умер за твои грехи, чтобы ты мог жить в дерьмовом лесу, в дерьмовой глуши, питаясь, черт знает чем, а по ночам прятаться от картонных демонов. Артрозных парней. Спасибо, Иисус.
    - Можете с женой спать на диване, если поместитесь.
    - А вы?
    - Я спать не собираюсь.
    Старик взял табурет и сел напротив дивана, прислонившись спиной к стене. Ружье покоилось у него на коленях.
    - И что вы собираетесь делать? – спросил Джон.

Оценка: 10.00 / 2       Ваша оценка: