Женщина остановилась у двери с вделанным в нее непрозрачным стеклом, на котором виднелась черная шаблонная надпись: «Детектив Бриджес Э.», и постучала.
- Войдите. - Раздался мужской голос изнутри. - Здравствуйте, миссис Хилл. Проходите.
- Добрый день. Извините, что отвлекаю вас.
- Нет, нет. Ничего страшного. Присаживайтесь. - Мужчина отложил в сторону папки с бумагами и ручку.
- Спасибо.
- Хотите чаю? - спросил Бриджес.
- Спасибо, - повторила она.
Эрл включил электрический чайник, чтобы разогреть остывший напиток.
- Я вас слушаю. Что-нибудь случилось?
Женщина поправила волосы, которые ложились на ее белую блузку на плечах и с некой неуверенностью начала:
- Понимаете, с нашей последней встречи произошло кое-что еще. Мой муж сейчас находится в больнице. Он там уже около недели, и врачи до сих пор не могут поставить точный диагноз его заболеванию. Я вам уже как-то говорила, что он работает строителем.
- Угу, - кивнул Эрл.
- Так вот, до того рокового дня у нас все было в порядке. Сын уже собирается переходить в старшие классы. Моя любовь к работе педагога по-прежнему не исчерпана. Да и Рик ничего не молвил в укор своему роду занятости, и все время в его глазах я видела искорку энтузиазма и задора, даже когда его трудовые будни складывались не совсем удачным образом. В общем, все было отлично, пока в один прекрасный день Рик не вернулся с работы сам не свой… Первое, что бросилось мне в глаза, - бледность. Мертвенная бледность его лица, кожи. Понимаете, абсолютно неестественная. Не то, чтобы он сильно переутомился тогда, или пожаловался накануне на какие-либо недуги. Все случилось внезапно… подобно вспышке. К тому же я увидела еле заметно пропитанные кровью бинтовые повязки на его руках. Сразу же спросила у него, что случилось. Он лишь ответил, что на стройке произошел несчастный случай. Что погиб один из его сослуживцев. Да и ему самому немного досталось. Я стала допытываться, что конкретно произошло, но в ответ получала лишь сплошные вежливые отговорки типа : «Да ничего, со мной все в порядке. Только вот Фреда жаль. Хороший был мужик, земля ему пухом». Я чувствовала, что он чего-то не договаривает. Чего-то существенного и страшного. Мы даже поссорились с ним в тот вечер, когда он выпил две бутылки пива, а затем вспылил. Крикнул: «Да отвяжись ты к черту! Говорю же, все в порядке…». Затем как-то нервно улыбнулся и пошел спать. Таким я его еще никогда не видела – упрямым и грубым.
Но это еще не все. Мои опасения по поводу непростого несчастного случая подтвердились на следующий день. Обычно я просыпаюсь раньше Рика, а затем встает и он под будильник своего сотового телефона. Но теперь он был на больничном после случившегося. Уже собравшись на работу, проводив сына, я зашла в спальню, подошла к постели и шепотом позвала мужа. Хотела удостовериться, что ему не стало хуже со вчерашнего дня. Откинув одеяло, почувствовала, как по коже побежали мурашки. Еле сдержалась от крика.
(Рик, Господи!..)
Теперь я видела, что он был действительно болен. На нем не было живого места с ног до головы. Да, да – не поверите. Я бы и сама в такое не поверила, если бы не увидела собственными глазами. В общем, вся его кожа покрылась страшными кровоточащими трещинами. А он стонал… бредил. Говорил что-то бессвязное. Я тогда чуть с ума не сошла. Короче, уже из больницы позвонила в школу и сказала, что выйти на работу сегодня не смогу. Затем сразу же поехала к Рику на работу и спросила у управляющего, что конкретно произошло вчера. Тот ответил, что направил мужа и помощника Фреда Уитакера за город – набрать с назначенного склада машину кирпичей. Но не прошло и получаса, как эти двое вернулись на пустом пикапе, все в кровище. Но так толком ничего и не объяснили, что точно случилось. «Кислота, ожоги, едкое вещество…» - вот и все, что фигурировало в их речи. Обоих тутже отправили в больницу. Рику перед этим предварительно наложили чистые бинты и обезболивающую мазь на израненные руки. А вот Фред. Ему досталось больше. Он скончался в госпитале при оказании срочно требующейся хирургической операции. Печальный итог. Без внимания не остался тот самый злополучный склад за городом. Человек десять рабочих отправились на машинах поглядеть, что там… Но абсолютно ничего не нашли. Никаких предполагаемых перевернутых бочек с кислотами или токсическими отходами. Никаких оцепленных или огороженных с предупреждающими об опасности вывесками мест по дороге.
Ничего.
Допросили Рика еще раз после того, как врачи отпустили его, выписав справку об отпуске на время амбулаторного лечения. Но когда он узнал, что разведывательная команда после происшествия не нашла ничего на складе, в его глазах появилось еще больше страха и отрешенности. И он, ссылаясь на предписание докторов, тутже отпросился домой.
Я рассказала вам обо всем, потому что мне очень нужна ваша помощь. Как вам известно, мы в этом городе недавно. Во-первых, вы – единственный мой знакомый закоренелый житель Далласа, и возможно, дадите хотя бы совет. Выдвинете предположение, что могло случиться в действительности. А во-вторых, может я сильно впечатлительная, но ведь подобное может случиться еще с кем – нибудь, если своевременно не устранить эту неизвестную пока угрозу.
- Да, да, вы правильно сделали, что обратились ко мне. – Сказал Эрл. – При других обстоятельствах я бы с уверенностью вам заявил, что само начальство Рика втянуло рабочих в какую-то авантюру, нанеся (может, и ненамеренно) им травмы. И ваше самовнушение – лишь антитеза реальным событиям. В данном же случае… А, кстати, - его лоб покрыли вопросительные складки. – Где, они говорят, находится склад?
- Ну, где-то здесь за городом, вблизи заброшенных шахт.
- Угу, - он утвердительно кивнул, - все сходится. Так вот, в данном случае я полностью поддерживаю вашу точку зрения.
Он поставил свой бокал на стол, взял какую-то газету и протянул ее Диане. Женщина прочитала на первой странице о загадочной пропаже других людей вблизи тех самых шахт, на юго – западе.
- Скажите, миссис Хилл, я могу поговорить сейчас с вашим мужем?
- Ох, нет. Это невозможно, - она закрыла ладонями лицо, ее голос перешел в тихий плач, - позавчера он впал в кому.
-Ну, ну, успокойтесь. – Он положил руку ей на плечо. – Я очень вам сочувствую, но ведь худшего, слава Богу, не произошло. Обещаю, что докопаюсь до истины, какой бы она ни была.
Ничего нового детективу не сообщили на работе у Рика Хилла. А работники больницы, где находился пострадавший, также лишь подтвердили слова Дианы. Они лишь отметили, что состояние больного ухудшается с каждым днем. Что его прогрессирующая болезнь по функциям и характеристике напоминает рак на последней стадии. Но даже такой жуткой и невообразимой болезни требуется какое-то время, чтобы освоиться в человеке. Та же неизвестная зараза, что поселилась в Рике, обживается с невероятной скоростью и силой поражения. В общем, Эрлу оставалось одно – отправиться к указанному складу и разобраться во всем. Он не приветствовал подобные замашки судьбы. В принципе, как и любой уважающий себя полицейский. У любого уважающего же себя случая должна быть хоть какая-то изначальная зацепка для его распутывания. Дела, которые были поручены Эрлу, но не хотели поддаваться (к счастью, в его жизни их были единицы) в течение определенного времени, вносились им в черный список. Конечно же, выигрывать у судьбы он привык, и на работе его даже прозвали Счастливчиком за это. Сам Бриджес утверждал, что он не лучше и не хуже остальных. Просто каждый, кто выбрал для себя определенный род занятости, профессию, спустя некоторое время должен взглянуть в зеркало и постараться не найти в своем взгляде, в душе, ни одного, даже маленького, сомнения по поводу нового себя. Большого себя. Себя, стремящегося к победе, несмотря ни на что. В противном случае, все твои попытки не будут стоить ничего. И неважно детектив ли ты или президент, твое кредо обречено на провал.
***
Флинт сидел в своем кабинете и печатал отчет. Печатал обеими руками – быстро и с большим количеством ошибок. Немного нервничал и ругал канцелярщину, которая только мешала работе сыщика. Он работал на пишущей машинке, нахмурившись. Его гладкий лоб пересекла глубокая складка. Других морщин на лице самого молодого сыщика семьдесят девятого участка пока не наблюдалось. У него были темные волосы, голубые глаза и приятное открытое лицо. Как только он закончил отчет и вынул бумагу из машинки, пробежавшись глазами по тексту, открылась дверь, и в кабинет вошел Бриджес.
Хотя Джек Флинт еще недолгое время работал в качестве помощника Эрла, надо сказать – очень успешно. Уже распутал ни один клубок преступлений, пусть еще и не обладал особой корифейностью и тонкостями виртуоза. Хотя заядлость и упорство в любом искусстве считаются лучшими сподвижниками и зачастую – психотерапевтами. Вот этим он и руководствовался.
- Сегодня после обеда нам с тобой предстоит небольшая экскурсия за город.
Флинт кивнул. Затем спросил:
- Пропажи людей?
- Да. Пойдем, сейчас уже время ланча.
Это был еще один чудесный осенний денек. Живя за городом, никогда не поймешь значение такого дня для городского жителя. Первое, что делает последний, когда просыпается утром, - подкрадывается к окну и вглядывается в небо. Он окончательно просыпается, если небо голубое и чистое, как бы говорящее, что в такой день все должно быть отлично. И именно от того, что он чувствует в подобные минуты пробуждения, зависит его настроение, взгляды на жизнь. Именно в таком, соответствующем погоде, настроении сегодня проснулся Джек и некоим образом не позволял испортить его себе ничем. Ни мелкими подлянками старших чинов на работе, ни поступившими новыми трупами, ни нагрубившими уличными пешеходами – все он воспринимал как стереотипную серую сущность, без которого этого мира не существовало бы и вовсе. И даже теперь, когда они с Эрлом ехали по загородной дороге, он, уловив в задумчивости своего напарника нотки ненависти ко всей этой темной, непроглядной рутине, остался при своем. Хотя серьезность не сходила и с его внешних черт.
- Так значит, ее муж скончался?
- Что? – переспросил Бриджес.
- Рик Хилл скончался? Я почему-то пропустил этот факт мимо ушей, когда вы рассказывали о встрече с этой вашей знакомой… Дианой.
- Нет, нет. Пока жив. Но у врачей нет никакой уверенности, что он протянет ближайшие 48 часов.
- А что вы думаете по этому поводу?
- Честно говоря, не знаю. Сейчас доберемся до места – глянем. Но, по-моему, что-то в этом во всем не сходится. Кто-то явно в этой истории лжет. И мне кажется, что это сам Рик. Ожоги, кислота… Как-то все упрощенно. Что он хотел сказать? Что они намеренно окунулись в какую-то дрянь, чтобы один потом поплатился здоровьем, а другой – жизнью?
Эрл подумал и добавил, пожав плечами:
- Пропавшие за городом люди! Что-то здесь творится непонятное. И нам с тобой предстоит это выяснить.
Флинт тактично кивнул.
- Но, на всякий случай, учти – увидим что-то подозрительное, ну, там, цистерну с кислотой… или какую другую фигню – вызываем экспертов – биологов. Сами не подходим. Как говорится, от греха… Добро?
- Конечно. – Джек отвлеченно вглядывался куда-то вперед, через стекло.
Автомобиль двигался по узкой неасфальтированной дороге. Вокруг простирались на почтительное расстояние поросшие высокой дикой травой и камышом холмистые участки земли. Высокий металлический забор, к которому медленно приближались полицейские, был обтянут прочной толстой сеткой с предупредительным указателем на ней. «Додж» остановился у самого въезда, наглухо закрытого на толстые цепи и крепкий замок. Эрл вышел из машины, снял солнцезащитные очки и окинул взглядом окружение, прочитав надпись:
ВХОД ВОСПРЕЩЕН
ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ
ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ
- Ну, пока ничего подозрительного.- Джек оглядывал сквозь сетку двор в надежде увидеть хоть что-нибудь, напрямую или косвенно указывающее на опасность, заставшую врасплох несчастных рабочих. Однако его ожидания не оправдались.
- Давай посмотрим поближе, - Бриджес подошел к воротам и отомкнул их ключом, который он попросил у начальника Рика.
Склад представлял собой небольшое (а точнее крохотное) строение, внутри которого исследователи также ровным счетом не обнаружили ничего, что бы их заинтересовало. Только хранящиеся за железными раздвижными воротами кирпичи, уложенные в плотные ряды. Двор, так надежно обнесенный защитной изгородью, содержал в себе лишь упакованный в штабеля шифер.
В общем, ничего. Никаких емкостей, наводящих на мысль о присутствии кислот, ядохимикатов или отходов.
- Чудеса. – Пробурчал Флинт. –Но с чем-то же они должны были столкнуться!
- Джек, я сейчас…- сказал Эрл, спешно удаляясь за ворота.
- Куда вы?
- Ты слышишь это?..
- Что именно? – он нехотя поплелся за Бриджесом, уже как бы и не надеясь найти то, зачем они притащились сюда. И думая, что к месту близ заброшенных, уже давно заваленных шахт их привела ошибка.
Однако старший детектив спешил куда-то…
Приближался к позолоченной временем года рощице. Сначала шагая машинально сзади, но затем прибавив шагу и поравнявшись с Бриджесом, Джек встревоженно сказал:
- Да. Теперь я тоже это слышу.
-А то!
- Что это может…
Вдруг они остановились, в испуге отпрянув назад. Перед ними на земле виднелось что-то непонятное. Оно издавало прерывистое неприятное шипение, которое и услышал Эрл еще издали. Сама же невидаль представляла собой огромный выделяющийся из почвы бледно-красный налет. Что-то, визуально схожее с увеличенной огромным невидимым микроскопом отвратительной плесенью. Или даже со строением органической клетки. В такое трудно было поверить…
Этот налет состоял из множества гигантских скользких нитей, присосавшихся к земле и расползающихся в виде паутины в разные стороны. Как бы тщетно пытаясь скрыть пучки этих самых разросшихся нитей, сверху их кое-где, обрывочно, покрывали пленочные мембраны, отчего зрелище становилось еще более отталкивающим и мерзким. Все это порождали из себя укоренившиеся в почве ядра – пузыри. Они выпирали подобно большим валунам. Вся паутина произрастала из-под этих пузырей. Но это еще не все. Эти пузыри были живыми. Они пульсировали, дышали, сокращались, беспрерывно раздуваясь и тутже принимая начальную форму. Кроме того, сквозь их прозрачную пленочную поверхность можно было разглядеть приливающую к центру, а затем рассеиваемую биологическими импульсами красную жидкость. И эти толчки ядер прогоняли своеобразную кровь абсолютно по всем нитям – сосудам, заставляя те противно волнообразно изгибаться. Сверху на пузырях отчетливо вырисовывались темные пятна, придавая этим органическим шарам вид огромных глаз, уставившихся в небо мертвым, бессмысленным взглядом. Этот дьявольский ковер занимал огромную площадь, застилая собой все близлежащее пространство. Детективам показалось, что при их приближении шипение усилилось. Воздух рядом был переполнен тошнотоворным сладковатым запахом разложения и не позволял вдыхать себя долго. Начинался раздирающий кашель, появлялись напирающие рвотные позывы, а из раздраженных глаз бежали слезы.
- Это что-то живое, или как?- отступая назад, пробубнил Джек, прикрыв нижнюю часть лица носовым платком.
- Черт его знает, что это! – неохотно выругался Эрл. – Нужно сваливать отсюда, пока не случилось чего-нибудь непредвиденного.
Он заметил, что за время их диалога «тварь» из розовой превратилась в ярко – красную. Теперь кровавая шевелящаяся поляна задергалась еще больше, казалось, недовольная приходом незваных гостей.
- Может, мне вся эта хрень снится. Ущипните меня, - сказал Флинт, незаметно для себя машинально достав из кобуры пистолет.
Эрл вспомнил один фильм про инопланетян, который он недавно смотрел и теперь со страху позабыл название. Ужастик категории «звездных войн» с космическими мразями, прибывшими на землю и начавшими самым паразитическим образом влезать в людей, выпуская затем из плоти жертв омерзительные щупальца, клыки, когти и т.д. И теперь в голове детектива визжащей пулей пронеслась мысль, от которой он вздрогнул. Еще вчера человек в фантастическом фильме или романе видел лишь небылицу, выдумку и ребячество их авторов. Теперь же все это материализовалось каким-то образом в реальную жизнь, представившись людям в непонятном, загадочном лике. В образе, для разоблачения которого потребуются долгие годы. Как когда-то – для изучения и познания всей окружающей человека природы.
И еще. Вспомнив рассказ Дианы Хилл, Бриджес невольно пришел к выводу, что эта форма жизни мало того, что одиозна во всем своем проявлении, но еще и смертельно заразна. При соприкосновении с ней несчастный Фред Уитакер был инфицирован и умер. А Рик Хилл доживает сейчас свои последние часы на больничной койке, пожираемый изнутри и превращающийся в кусок мяса.
- Назад, отходим. Эта пакость наверняка опасная. Иначе и быть не может. Это наглядно доказали Хилл и его напарник.
Флинт тутже внял словам товарища и, вытаращившись на неприятеля, еще быстрее стал отходить назад. Однако отделаться лишь увиденным полицейским, потрясенным до глубины души, не удалось. Еще несколько минут назад, когда они стояли и беззаботно рассматривали страшный полип, то и представить себе не могли, что уже превратились в маленьких мушек… В добычу, намертво запутавшуюся в сетях гигантского прожорливого паука. Паразитирующая на безмолвной почве тварь впервые за все время встречи с людьми подала голос. Это был неестественный, злорадный звук, нечто общее между крысиным писком и рвущейся гитарной струной. Он раздался в тот самый момент, когда туфля пятящегося Флинта впилась каблуком во что-то упругое и склизкое. Поскользнувшись, словно на гигантской смазанной жиром кишке, Джек вышел из равновесия и рухнул на что-то влажное и холодное, ходящее под ним волнами. Крик заставил Эрла резко обернуться, вздернув перед собой револьвером.
- Джек! – он бросился ему на помощь, схватив за руку и резким движением вытянув из сетей такой же красной дряни. Точнее – той же самой, окружившей двух людей со всех сторон. Вытянувшей из-под почвы все свое кошмарное обличие.
Эрл и Джек были в безвыходном положении…
***
На их лицах было выражение полной беспомощности и ничтожности. Словно у прячущихся под одеялом маленьких детей, испугавшихся Буки, которым их пугают взрослые за непослушание. Смертоносный полип увеличился, разросся. Его ядовитое покрывало простиралось теперь во всех направлениях, доступных глазу. И даже упиралось в изгородь склада. Незадетым оставалось пока еще то место (точнее пятнышко), на котором каменными истуканами стояли копы.
- Черт! Что же делать?! – Джек, как и его напарник, закрывался от невыносимого напирающего убийственного запаха. – Мы в ловушке!
И он с яростью выпустил пару пуль в ближайший раздувающийся пузырь.
- Твою мать!!! – заорал Эрл, резко подавшись назад и закрываясь от ринувшихся в их сторону красно – коричневых брызг. Флинт оказался менее проворным, и его окатило практически с головы до ног. Он завизжал от едкой боли. Эрлу же повезло больше. Его зацепило лишь частично. Тем не менее, стиснув зубы, он почувствовал, как кислотное, жгучее вещество прожгло рубашку и добралось до кожи.
- Бриджес! Черт! А-а-а! – Джек тряс головой, словно обезумевший и тер руками лицо, которое быстро покрылось огромными волдырями. Те в свою очередь начали лопаться и кровоточить. То же самое происходило на шее, руках и оголенных участках тела, видневшихся сквозь прожженную рубашку.
- Держись! – Эрл заткнул в кобуру оружие, подхватил на себя раненного товарища и воспользовался последней возможностью, что у него оставалась…
Он бежал по противным скользким щупальцам гадко попискивающей твари, изо всех сил стараясь удержать равновесие. Насколько можно сторонясь многочисленных вражеских голов, в которых заключалась адски – ядовитая опасность, он то и дело поскальзывался и падал, роняя уже бессознательного товарища. Затем вновь поднимался и двигался вперед… к спасению. К машине.
В конце концов, ему удалось вырваться из лап врага. Он из последних сил затолкал полуживого Флинта на заднее сиденье «доджа». Бросил взгляд на по-прежнему волнующегося позади монстра. Еще раз мысленно отметил всю невероятность и безумие происходящего. Напряженно поморгал глазами, словно сгоняя остатки кошмарного сна, а затем сел за руль. Схватил рацию, включил ее и тутже связался с участком, попросив дежурного вызвать к складу биологов – экспертов и предупредить их, что нечто опасное и токсическое скрывается здесь. Что конкретно – описывать и вдаваться в подробности не стал. Затем включил сирены и прямиком погнал в городской госпиталь, прилагая неимоверные усилия для выдержки ужаса кровоточащих зудящих ран. Ужаса, помутняющего сознание.
***
Распахнув дверь, Эрл затащил Джека в больничный коридор и хотел было позвать на помощь врачей. Но тутже потерял дар речи, когда окинул взглядом помещение. Все его существо тихо взвыло, сердце ускорило бег, все мысли вытеснила глубокая смысловая фраза: «из огня да в полымя». Он понял, что все творившееся сейчас было лишь ростками… Зародившимися ростками конца света. Прекращения жизни всего живого; всего, что в скором времени будет истреблено. И ничто уже не спасет от грядущего и непоправимого.
Все помещение было погружено в полумрак, слабо нарушаемый пробивающимся кое-как сквозь окна дневным светом. Стены пол и потолок были завешаны бесконечной складчатой красноватой кожаной простыней. Живой. Исполосанной множеством толстых пульсирующих выделяющихся из плоти артерий, разветвляющихся в маленькие сосуды. Подобно электрическим проводам, завернутым в толстую изоляцию, они уходили в глубь коридора, очертания которого расплывались в темноте. У Эрла появилось ощущение, что он вдруг каким-то чудесным образом превратился в крошечную букашку, забравшуюся кому-то под кожу. Он бережно опустил бездыханное тело Джека на пол у двери, продолжая сверлить глазами необычное окружение. Также откуда-то из дальней противоположной точки коридора, словно прицепившись на липучках к этому кожаному покрытию, вытягивались длинные щупальца цвета запекшейся крови. Они противно шевелились и гибко цеплялись друг за друга, четко вырисовывая при этом фаланги и по форме напоминая стволы молодых деревьев. Оканчивались они, не доходя до того места, где лежал Джек и стоял Эрл. Последнего стошнило. После этого он почувствовал себя выжатым лимоном, не понимая, как еще удерживается на ногах. Жгущая боль не уступала ни на секунду. Он знал, что здесь происходит. Осознавал, что является причиной всему этому. Ведь именно в эту больницу недавно поступил пациент Рик Хилл. Эрл не знал, с чем он столкнется там, в темноте, войдя в палату Рика. И не хотел знать. Не хотел всем сердцем…
Уже не в силах устоять против омерзительного, неописуемого запаха, заполонившего собой все помещение, Эрл вытащил товарища назад на улицу. Вдохнул полной грудью свежего воздуха, будто выбравшись из кучи продовольственных отходов. Услышал запрос из рации в стоящей рядом машине. Открыл дверь и понял, что его вызывает дежурный.
- Я слушаю, Алекс. Что случилось?
- Эрл, высланная к шахтам бригада просит дать более точные координаты места происшествия. У склада они ничего не обнаружили.
- Да вы что, охренели что ли?! Там же тварь… Уродливая, вонючая тварь, способная уничтожить любого на этой планете, даже не прикоснувшись к нему!.. – Так Эрл подумал про себя. Вместо ответа дежурному он устало выронил из рук устройство связи и закрыл глаза…
Полицейские машины, радующие слух спасительными звуками сирен, уже подъехали к госпиталю. После того, как несколько вооруженных человек из команды быстрого реагирования не вернулись из глубины здания, вся больница была облита горючими растворами и сожжена.